Scienty

Каким образом городская обстановка воздействует на мозг? Действительно ли жизнь в мегаполисе способствует повышению уровня стресса? Какие меры можно предпринять для уменьшения негативного влияния? Об этом рассказывает Василий Андреевич Ключарев, кандидат биологических наук, доктор когнитивных наук, руководитель лаборатории Института когнитивных нейронаук НИУ ВШЭ, научный руководитель образовательной программы «Когнитивные науки и технологии: от нейрона к познанию» НИУ ВШЭ.

— Натальей Петровной Бехтеревой руководилось выполнение вашей кандидатской диссертации. Позвольте поинтересоваться, какие воспоминания у вас связаны с ней.

— Наталью Петровну можно назвать одним из самых непростых людей в моей жизни. В личностях, обладающих таким выдающимся потенциалом, всегда присутствуют как положительные, так и отрицательные черты. С одной стороны, она активно занималась организационными вопросами, находила общий язык с людьми и была готова к беседе с любым, особенно с молодым ученым из любого города и университета. С другой стороны, из-за этого ей не всегда удавалось быть доступной для своих аспирантов. Это был очень авторитетный ученый и противоречивая личность. Общение с ней требовало определенных усилий, но она была прекрасным научным руководителем, поддерживала различные научные направления и уделяла время любой форме помощи, если вы обращались к ней с интересной научной гипотезой. Откровенно говоря, я не встречал после этого человека столь внушительного масштаба. А я имел возможность познакомиться с большим количеством замечательных людей.

— Вы тоже приходили к ней с какими-то идеями?

— Да. Он приходил и садился рядом, чтобы обсудить новый проект в ее просторном кабинете. Она иногда приглашала его присоединиться к беседе, когда кто-то обсуждал с ней научные концепции. В моей практике было не так много выдающихся руководителей, которые сразу говорили: «Вы знаете, это отличная идея, достойная публикации в Nature. Просто посетите лабораторию, мы поможем вам провести исследование». Происходило это очень быстро. Она могла поддержать идею, которая ее заинтересовала, и сразу же приступить к ее реализации. Наталья Петровна была человеком с широкими интересами и разносторонним кругозором. В юности, порой, сложно понять подобное стремление к нестандартным решениям. Тебе кажется — зачем Наталья Петровна обсуждает взаимосвязь социальных процессов и мозга? А затем, спустя десять лет, я сам начал изучать влияние социальных процессов на мозг, воздействие социальной среды на мозговые процессы.

— Я действительно доктор когнитивных наук. Это довольно редкая специальность.

— Да, это действительно новое направление. Моя диссертация, которую я защитил в Высшей школе экономики, стала первой подобной работой в России.

— Одно из ключевых направлений вашей деятельности — нейроурбанистика, область, которая исследует воздействие городской среды на мозг человека. Как начинались эти исследования?

— Это весьма интересная тема, которая изначально привлекла меня как научный интерес. Ко мне обратились коллеги, работающие в сфере городского озеленения и урбанистики, и задали вопрос: почему мы не рассматриваем это с точки зрения влияния на мозг? Откровенно говоря, меня удивила необычность вопроса. Мы встретились и обсудили это с ландшафтными архитекторами, разрабатывающими городские пространства. Это произошло примерно семь лет назад. В результате сформировалась небольшая группа, которая решила начать с простого вопроса. Этот вопрос стал темой магистерской диссертации одного из моих студентов. Вопрос был сформулирован очень просто: на что обращают внимание люди при выборе жилья? Было интересно изучить это, используя методы когнитивных наук. Представьте: многие снимают квартиры, и мы решили показать людям различные типы дворов, чтобы выяснить, на что они обращают внимание при выборе жилья. У нас возникло два основных вопроса: что является важным для потенциальных арендаторов и существует ли разница между людьми, которые часто пользуются автомобилем, и теми, кто не пользуется, каковы их требования к двору? Результаты несколько нас удивили — наблюдалось значительное несоответствие между тем, что люди говорят, и на что они на самом деле обращают внимание.

— И на что же они обращают внимание?

— Люди, использующие автомобиль, акцентировали внимание на необходимости парковочных мест. На экране компьютера им демонстрировались изображения дворовых территорий. Мы разработали трехмерные модели разнообразных дворов, где присутствовали просторные парковки или их отсутствие, а также детские площадки и зеленые насаждения. Все эти составляющие комбинировались с целью выявления предпочтений людей и изучения того, на какие элементы двора они обращают внимание в первую очередь. И на первом этапе мы, как и ожидалось, узнали, что для автомобилистов наличие парковки имеет большое значение. Однако, отслеживая направление их взгляда и анализируя, на что они обращают внимание при рассмотрении рендеров дворов, с помощью окулографии мы обнаружили совершенно иную закономерность. Оказалось, что автомобилистам, в большей степени, чем людям, не пользующимся автомобилем, важно, чтобы двор был достаточно озеленен. Они не выражали этого явно, но это стало очевидным из анализа их зрительного внимания и последующей оценки дворов.

— Значит, мы имеем дело с двумя различными способами восприятия: рациональным и эмоциональным?

— Мы сделали любопытное открытие: люди не всегда четко понимают, что им нравится. Да, человек ежедневно сталкивается с необходимостью найти место для своей машины, но мы обнаружили, что большее значение он придает озеленению, и именно это определяет привлекательность двора. Чем больше зелени, тем комфортнее ему в таком дворе. Подсознанию автомобилиста нужен двор, который способствует расслаблению и поддерживает здоровье. Это был наш первый проект в сфере нейроурбанистики. Кстати, из него получилась замечательная магистерская диссертация, которая выросла в качественную публикацию в одном из ведущих международных журналов. Это воодушевило нас, и мы решили продолжить исследования, изучая другие области. Один из интересных проектов был посвящен вопросу: какие факторы в окружающей среде школы положительно сказываются на школьниках?

— И что это такое? Какие-то тихие места, где можно побыть в одиночестве, пока учитель не видит?

— На самом деле, ситуация выглядит иначе. Мы взаимодействовали с коллегами, которые провели глубокое исследование состояния школьников. Это предоставило нам возможность получить доступ к ценным и уникальным данным. В подобных проектах обычно проводятся детальные обследования тысяч школьников в сотнях учебных заведений. Мы с коллегами из Российской академии образования, проконсультировавшись, решили выяснить, какие факторы предсказывают тревожность у ребят. В качестве объекта исследования было выбрано это психологическое свойство школьников, и совместно с коллегами из другого университета мы проанализировали все, что окружает школу, используя методы картографии, спутниковые снимки и другие инструменты. В крупную математическую модель были включены сведения о расстоянии до дорог различной категории, наличии свалок, водоемов, лесных массивов и других элементов инфраструктуры. Все данные были тщательно зафиксированы. Получение социодемографической информации по муниципальному району, включая сведения о благосостоянии и социальном статусе жителей, оказалось непростой задачей, поскольку эти факторы также могут оказывать влияние на тревожность детей. Мы объединили весь этот большой объем информации в единую регрессионную модель и попытались определить, какие факторы оказывают предсказательное значение относительно уровня тревожности. Некоторые выводы оказались очевидными: например, девочки в среднем демонстрируют более высокий уровень тревожности, чем мальчики, а продолжительность пребывания в школе также существенно влияет на уровень тревожности детей.

— Существует ли связь между увеличением времени, проводимого в школе, и повышением уровня тревожности?

— Да. Однако для нас было принципиально изучить ситуацию в городской среде. В результате мы выяснили, что наличие зеленой зоны площадью около 500 метров, состоящей из крупных деревьев, оказывает положительное воздействие, прежде всего, на девочек. Сейчас мы работаем над этим вопросом. Вероятно, это не является чем-то новым, поскольку многие исследования подтверждают, что доступ к большим зеленым территориям благоприятно сказывается на жителях. Однако, проанализировав данные тысяч школьников, мы смогли показать, что возможность расслабиться в протяженном зеленом пространстве существенно уменьшает уровень тревожности. По всей видимости, окружающая среда, в которой расположена школа, оказывает заметное влияние на уровень тревожности учащихся.

— Влияет ли такой зеленый массив на всех без исключения? Можно ли это утверждать?

— В большинстве случаев — да. В настоящее время мы исследуем восприятие зеленых зон людьми с нарушениями зрения. Это один из наших новых проектов, который мы начали разрабатывать совместно с офтальмологами. По результатам многочисленных исследований, крупные зеленые массивы являются одним из основных факторов, способствующих снижению уровня стресса. Именно поэтому для нас было интересно сотрудничество с Российской академией образования и картографами, чтобы попытаться получить доступ к государственным источникам информации о социальном благополучии на уровне районов и микрорайонов, однако они оказались почти недоступны. Нам пришлось взаимодействовать с компаниями, собирающими социодемографические данные в социальных сетях. Пришлось объединить усилия психологов, педагогов, картографов и компаний, оценивающих социальный статус. Этот опыт оказался весьма познавательным. Для меня подобные проекты довольно редки, поскольку обычно я занимаюсь изучением человеческого мозга в лабораторных условиях, а здесь пришлось взаимодействовать с большим количеством коллег из различных областей.

— Возможно ли выявить мозговые характеристики, обусловленные проживанием в определенных городских районах?

— Это один из свежих проектов, для реализации которого нам пришлось разрабатывать VR-моделей районов Москвы, где мы определяем места для проведения определенных мероприятий: изменяем некоторые характеристики городской среды, в которой находится участник эксперимента. В настоящее время мы создаем такую площадку для тестирования, где человек перемещается по виртуальному городу. У нас есть возможность фиксировать активность мозга, физиологические реакции организма, частоту сердечных сокращений, потоотделение. Совместно с коллегами, которые разрабатывают такие VR-изменяя городскую среду, мы сейчас постараемся оценить влияние таких преобразований на активность мозга. В этом нам оказал поддержку научный центр «Идея». Примечательно, что одна из наших лабораторий расположена между двумя существенно различающимися кварталами района Москвы. Один из них недавно возведен – это многоэтажные дома с минимальным количеством зеленых насаждений, а непосредственно рядом находится исторический район с малоэтажной застройкой и благоустроенными дворами. Между ними находится лаборатория, оснащенная уникальным научным оборудованием.

Похоже, мы оказались на стыке двух различных реальностей. Один из проектов, над которым работает наш аспирант, предполагает, что участники совершают прогулки, чередуя посещение высотного района, лишенного растительности, и зоны с низкими домами и зеленью. Мы исследуем воздействие таких прогулок, используя уникальное в своем роде оборудование – единственный в стране магнитный энцефалограф (МЭГ), который фиксирует магнитные поля, генерируемые активным мозгом. Это весьма сложная методика, поскольку для размещения оборудования необходима идеально экранированная комната, исключающая внешние магнитные воздействия, а сам прибор фактически парит в жидком гелии, что обеспечивает сверхпроводимость и повышенную чувствительность к магнитным полям. Первые полученные данные уже представляются весьма любопытными.

— Однако восприятие городской среды субъективно. Я, к примеру, испытываю удовольствие, находясь в окружении небольших домов с обилием зелени. А моему младшему сыну импонирует Москва-Сити — на мой взгляд, это безжизненное пространство, где мне некомфортно.

— Я разделяю вашу точку зрения во всех аспектах, мое восприятие окружающей среды совпадает с вашим. Безусловно, необходимо учитывать возрастные особенности. По мнению ландшафтных архитекторов и урбанистов, не всегда то, что кажется привлекательным, оказывается полезным. Этот вывод показался мне весьма неожиданным. Можно продемонстрировать людям привычную с детства клумбу, с серебристыми цветами по краям и красными – в центре, и сравнить ее с клумбой, созданной в соответствии с современными научными принципами. Последняя может выглядеть несколько необычно, напоминать часть дикой природы, где смешаны дикорастущие растения, цветы и злаки, и даже казаться неухоженной. Возможно, она вам не понравится, и вы предпочтете традиционный, классический вариант. Однако существуют обширные исследования, свидетельствующие о том, что такая, кажущаяся «неухоженной» клумба принесет пользу, в то время как классическая – нет. Индивидуальные и возрастные различия изучены недостаточно. Молодое поколение ориентируется на социальную жизнь, на популярные тренды и различные мероприятия, а мы с вами избегаем подобных развлечений, опасаясь переутомления. На самом деле, среди всех возрастных групп есть 20–30% людей, гиперчувствительных к шуму. И среди них может оказаться ребенок, которому неприятна шумная среда большого города, не приглушенная растительностью. Практики отмечают, что разные возрастные категории нуждаются в различных городских условиях. Множество исследований с участием детей, подростков и взрослых подтверждают, что ряд общих факторов оказывают положительное влияние на нашу психику и мозг. Похоже, пришло время объяснять людям, в каких условиях им действительно полезно жить.

— Каким образом?

— В учебных заведениях, социальных сетях, средствах массовой информации, популярных лекциях. Молодым родителям необходимо определить место, где проживание будет благоприятно для их детей. И им самим следует учитывать, где они проведут свой зрелый возраст. Недавнее исследование, охватившее десятки миллионов человек и опубликованное в авторитетном медицинском издании, продемонстрировало: наличие зеленой среды замедляет развитие нейродегенеративных заболеваний. Если мы стремимся дожить до 90 лет в добром здравии, важно учитывать экологию места жительства. Удивительно, но по результатам сканирования мозга можно установить, где человек провел свое детство. Исследования, проведенные с использованием магнитно-резонансной томографии, указывают на то, что первые 14–15 лет жизни оказывают влияние на структуру мозга.

— А в каких структурах вы это видите?

— Прежде всего, речь идет о влиянии на эмоциональные реакции, вызванные стрессом. Существует множество исследований, демонстрирующих, что городская среда в первую очередь воздействует на миндалевидное тело, находящееся в височной области мозга. Эта небольшая структура анализирует потенциальную опасность и запускает стрессовую реакцию, которую в менеджменте часто называют реакцией «бей или беги». Таким образом, окружающая нас среда оказывает влияние на участки мозга, отвечающие за стрессовую реакцию и обработку негативной информации. Результаты исследований указывают на то, что активность этих областей изменяется в зависимости от среды, в которой мы растем и развиваемся. Демонстрация того, как городская среда изменяет структуру мозга, вызывает значительный интерес и стимулирует дискуссии.

— Застройщики в том числе?

—Да, однажды я покинул крупную площадку, где должен был выступить, и ко мне подошли люди с вопросом: что же нам предпринять?

— Что вы им ответили?

— Существует несколько важных аспектов. Прежде всего, нейроурбанистика — относительно новая область. Нас удивило, что только мы в стране изучаем воздействие городской среды на мозг. Мы несколько лет совершенствовали свои навыки в подобных исследованиях, поскольку это было для нас совершенно новым направлением. В этом году нас впервые пригласили выступить с докладами на международных конференциях. Нам потребовалось немало времени, чтобы зарекомендовать себя как специалистов в данной сфере.

Во-вторых, необходимо проводить детальный анализ конкретной обстановки – района, дома, городской среды и тому подобное. Существуют научно подтвержденные принципы создания удобной среды, однако для их применения требуется желание и умение. К нам нередко обращаются застройщики. Чаще всего вопросы касаются маркетинга: «Какие меры предпринять для увеличения продаж?». Подобная формулировка вопроса не вызывает большого интереса у ученых. Тем не менее, я уже не раз сталкивался с замечательными проектами, даже в отдаленных регионах. В числе застройщиков встречаются настоящие энтузиасты, с которыми мы посещаем объекты, и они внимательно прислушиваются к нашим советам.

Сторонники нейроурбанизма уже реализуют его принципы, получив значительные знания и опыт. Качественное жилье встречается, хотя и в меньшем количестве, чем ожидалось бы. Небольшой город в одной из областей нашей страны по-настоящему поразил меня своими передовыми инициативами. Предприниматель подошел к этому вопросу с должной серьезностью и обратился к нам с просьбой дать оценку, указав на то, какие решения, по нашему мнению, являются удачными, а какие требуют доработки. Этот опыт оказался для нас новым. Мы даже разработали для себя некоторые унифицированные методики оценки городской среды. В следующий раз, когда нас пригласят на подобный объект, мы будем лучше подготовлены.

— Не могли бы вы уточнить, что именно, по вашему мнению, было выполнено неправильно? Какие аспекты вызывают у вас особое беспокойство?

— Существуют основополагающие аспекты, но их значимость определяется конкретной ситуацией. Несомненно, большие площади озеленения – это пространство, имеющее важное лечебное воздействие, даже для тех, кто не придает этому значения. Недостаточно посадить всего пару деревьев для отчета перед комиссией, необходим именно массив. Важно, чтобы высотная застройка была нежелательной, что подтверждается большим количеством информации. Все началось с исследований в государствах, которые первыми столкнулись с резким ростом высотности. Так, в Японии многие города превратились в бетонные ущелья. В ходе изучения был выявлен эффект угнетения, связанный с высотными зданиями. К тому же, чем выше расположен этаж, тем больше возникает различных проблем. Однако, как это часто бывает, существует множество тонкостей. Явно существуют случаи, когда высокоэтажную застройку невозможно избежать. Поэтому, если это неизбежно, давайте работать с пространством. Вы привели в пример «Москва-Сити». Что можно улучшить в этом проекте? Если привлечь специалистов — нейробиологов, ландшафтных архитекторов, психологов, они смогут значительно улучшить этот проект.

— Каким образом? Там же нет места для деревьев.

— Японские специалисты исследовали и предложили ряд простых решений для уменьшения «эффекта подавления», в частности, с использованием деревьев и зеленых насаждений, которые способны устранить ряд возникающих проблем. Эти элементы можно размещать между этажами, на крыше или создавать зимние сады. При этом необходим научно обоснованный и объективный подход. Так, недавно один крупный московский проект был представлен как чрезвычайно благоприятный для здоровья, основываясь на его бионической форме, что, безусловно, является положительным моментом. Однако, при создании массивного небоскреба с бионической формой, количество недостатков может значительно превысить преимущества.

— Почему?

— Высотность. Какова ситуация с освещенностью в соседних зданиях и личным пространством внутри небоскреба? Около 20% людей испытывают простое головокружение при нахождении на такой высоте. Значительная часть людей ощущает вибрацию здания. Мы все разные. Идеальный человек, которому комфортно везде, — скорее исключение. Легко выявляются большие группы людей, которым будет некомфортно внутри и рядом с таким зданием. К тому же, возможно, поблизости проходит скоростная трасса, что также усугубляет ситуацию. В одном провинциальном городе я увидел замечательный дом, но не мог открыть окно из-за невыносимого шума. А что это за жизнь с закрытыми окнами? Я, родившийся в Петербурге, все чаще сталкиваюсь с подобными проблемами в родном городе — нельзя открыть даже форточку из-за шума. Часто можно увидеть дорогие кварталы, полностью выполненные из стекла, в которых все окна занавешены. Казалось бы, красиво — необыкновенные панорамные окна, а затем выясняется, что они закрыты шторами, потому что человеку там некомфортно. От простого «слишком много света» до ощущения, что на человека смотрят из соседнего небоскреба. Мы стараемся обсуждать эти важные аспекты городской среды со строительным сообществом.

— Можно ли тут дать универсальные советы?

— Я бы не рекомендовал полагаться на простые рекомендации: даже здания необычной формы и высоты могут располагаться вблизи парковых зон или водоемов, что значительно нивелирует недостатки. Научные данные свидетельствуют о том, что люди будут проводить время в таких местах, что способствует снижению уровня стресса. Необходим глубокий анализ, который позволит определить, в каких случаях проект приносит больше вреда, чем пользы, а в каких – наоборот. Важно помнить, что одной из наших задач как ученых является диалог с обществом, чтобы оно научилось различать рекламные уловки и научно обоснованные методы: достаточно добавить изображение дерева в презентацию, чтобы она стала продаваться. Недавнее исследование показало, что включение изображения мозга в любую, даже не слишком удачную презентацию, привлекает больше внимания и вызывает большее уважение.

— Просто изображение?

— Да. Этот факт используют в маркетинге. Однако существует категория людей, которые негативно воспринимают подобную стратегию – это ученые-профессионалы. Их раздражает неправомерное упоминание мозга. В то же время, обычные люди считают это признаком псевдонаучности, что вызывает у них доверие. Поэтому одна из наших задач – просвещение. Если вам сообщили, что проект разработан на основе научных принципов, — это не всегда соответствует действительности. Человек в белом халате, рекламирующий зубную пасту, — не обязательно является врачом.

— Вы говорили о научном центре «Идея». Судя по всему, сотрудничество между нами достаточно тесное. У вас есть аспиранты, которые ведут дальнейшие исследования, основанные на ваших работах?

— Для нас это крайне значимый аспект, поскольку подобные инициативы можно пересчитать по пальцам, предоставляя возможность всерьез начать научный проект. Существуют государственные программы, однако немногие понимают, что основу лабораторной работы составляют аспиранты. Центр «Идея» дает возможность обеспечить финансовую поддержку аспиранта на протяжении нескольких лет. В мировых лабораториях именно в общении руководителей с молодыми специалистами происходят реальные эксперименты и обсуждение идей. Я уже чувствую себя человеком зрелого возраста.

— Вы — мозг лаборатории.

— Я скорее являюсь лишь частью лобной доли, а они – весь остальной мозг. Аспирант играет важную роль в работе лаборатории. Наличие аспиранта по данной теме указывает на появление реальных проектов. Пока мы занимались развитием нейроурбанистики со студентами и выполняли работы самостоятельно, это оставалось скорее увлечением. Финансирование от научного центра «Идея» позволило нам всерьез приступить к исследованию необычной темы нейроурбанизма. Благодаря аспиранту по когнитивным наукам из НИУ ВШЭ Михаилу Игоревичу Соломатину и нескольким студентам, работающим с ним, началась серьезная фаза исследований. В нашей команде присутствуют нейробиологи, включая меня, ландшафтные архитекторы, студент-архитектор, стажер-офтальмолог, и уже сформировалась группа, состоящая из семи-восьми человек.

— И все они — совершенно разнонаправленные специалисты.

— Да. Однако сейчас основное внимание сосредоточено на перспективном аспиранте. Это позволило нам одновременно реализовать три проекта, и теперь это становится одним из приоритетных направлений моих исследований. Нейроурбанистика входит в число трех основных сфер деятельности лаборатории. Данная программа поддержки аспирантов имеет для нас большое значение. Мы уже около 15 лет последовательно выступаем за то, чтобы финансирование аспирантов являлось основой всей системы поддержки. Научный центр «Идея» является одним из первых, кто начал это продвигать.

— Несомненно, вы разобрались в концепции идеального дома. Если бы вас попросили визуализировать его, что бы вы представили?

— В прошлом году у нас был опыт работы в большой команде, обсуждавшей вопросы идеального жилья. Парадоксально, но эту дискуссию профинансировал застройщик. В работе участвовали специалисты разных областей: два нейробиолога, детские психологи, которые высказывали свои соображения относительно детских площадок, а также люди, профессионально занимающиеся спортом. Работа оказалась познавательной, и я многому от них научился. Позволю себе привести несколько фактов: наличие десяти дополнительных деревьев в непосредственной близости от вашего дома способно уменьшить ощущение возраста на семь лет. Такие исследования существуют. Представьте: десять деревьев помогают вам выглядеть на семь лет моложе!

— А если 20? А 30?!

— Не менее значимо то, как вы направляетесь с работы домой, как проводите свободное время, как ваши дети посещают школу. Научные данные свидетельствуют о том, что все эти факторы оказывают влияние на наше самочувствие, на организацию мозга и психическое состояние. Это подтверждено результатами многочисленных исследований. Необходимо обращать внимание на зеленые насаждения вокруг вас — это действительно важно, поскольку это отражается в структуре вашего мозга. Также стоит обращать внимание на уровень шума. Парадоксально, но люди часто игнорируют этот аспект. Необходимо оценивать внешний вид прилегающей территории, стимулирует ли он социальное взаимодействие. Подъем по лестнице, как показали исследования, уменьшает вероятность летального исхода от любых заболеваний.

— На какой этаж?

— Я не могу сообщить все детали. Однако, существуют рекомендации по ежедневным аэробным упражнениям, связанным с дыханием, продолжительностью от десяти минут, а предпочтительно — тридцать минут ходьбы с нагрузкой. Это еще один способ активировать деление нейронов в вашем мозге. Физическая активность, пожалуй, стала первым научно подтвержденным методом, позволяющим стимулировать деление нейронов. Если вы проживаете в доме с пятью этажами и передвигаетесь пешком, доказано, что смертность от любых заболеваний снижается на 20%. Активная социальная жизнь также является предсказателем продолжительности жизни и отсутствия болезней, а то, какое пространство вас окружает, побуждает ли оно к прогулкам в течение дня или вечера продолжительностью более десяти минут, оказывает значительное влияние на ваше здоровье. Движение, наряду с тремя другими научно обоснованными факторами, является одним из защитников нашего мозга.

— А что это за три фактора?

— Помимо физической активности, важную роль играет наше питание. В настоящее время значительное количество исследований, посвященных работе мозга, сосредоточено на изучении того, что едят люди. Также необходим полноценный сон. К этому списку можно добавить еще один фактор – когнитивная нагрузка. Многие отмечают, что после выхода на пенсию люди часто быстро теряют жизненные силы, поскольку снижается умственная активность, что, в сущности, приводит к «расслаблению» мозга. Таким образом, четыре ключевых параметра для поддержания активности мозга включают когнитивную нагрузку, сон, питание и физическую активность. Важно следить за этими факторами.