Американские психологи провели изучение, чтобы определить влияние проявлений гнева у представителей обоих полов на восприятие их окружающими и возможности карьерного роста.

Популярный научный автор Александр Марков в своей работе «Эволюция человека: обезьяны, нейроны и душа» рассказывает о проведенных исследованиях психологов Виктории Бресколл (из Йельского университета) и Эрика Ульманна (Северо-Западного университета), ссылаясь на норвежскую пословицу: «Злой мужик, как черт, злая баба — как целое пекло». Эта народная истина вновь подтвердилась в ходе экспериментов.

Основной задачей исследования стало определение того, каким образом демонстрация раздражения и злости у мужчин и женщин сказывается на формировании их репутации и перспективах карьерного продвижения. Ранее другие ученые обнаружили тенденцию: гневный мужчина воспринимается более позитивно и имеет больше шансов получить должность или повышение по сравнению с мужчиной, испытывающим подавленное состояние. Однако подобные исследования в отношении женщин ранее не проводились. Три этапа экспериментов, организованных специалистами из Йельского и Северо-Западного университетов, позволили заполнить этот пробел в знаниях. В качестве участников были выбраны образованные взрослые американцы мужского и женского пола.

В рамках первого эксперимента участникам демонстрировались видеозаписи собеседований при устройстве на работу. Актеры – мужчина и женщина — рассказывали о потере важного документа в предыдущей организации, отвечая на вопрос работодателя об испытываемых чувствах. Участники могли выражать только два типа эмоций: гнев или печаль. В результате было создано четыре видеоролика: с раздраженным мужчиной, расстроенным мужчиной, разгневанной женщиной и опечаленной женщиной. Оба актера были внешне схожи по привлекательности и возрасту.

Каждый участник исследования просмотрел только один видеоролик, после чего он отвечал на вопросы и высказывал свое мнение о «кандидате».

Полученные данные подтвердили выводы предыдущих работ: раздраженный мужчина воспринимается окружающими как более квалифицированный специалист (и заслуживающий высокой оплаты труда и значимой должности), в отличие от мужчины, испытывающего печаль. Что же касалось женщин? Здесь наблюдалась обратная картина. Опечаленные женщины вызывали у респондентов гораздо больше симпатии по сравнению с раздраженными. Более того, они даже превзошли мужчин, ощущающих грусть, и незначительно отставали от разозленных представителей мужского пола.

Кроме того, исследование выявило тенденцию к тому, что проявление мужской агрессии окружающие склонны считать вполне допустимым поступком, обусловленным внешними обстоятельствами. В то время как женская ярость часто интерпретируется как признак неблагоприятного характера женщины. Это закономерно, поскольку от представителей сильного пола традиционно ожидают решительности и твердости, а от представительниц прекрасного пола – мягкости и доброты.

Гнев рассматривается как эмоция, связанная со социальным положением. Это подразумевает, что лица высокого статуса имеют право на проявление гнева, в то время как те, кто занимает более низкое положение, лишены этого права. Поэтому во второй части эксперимента видеоролики были изменены: «кандидат» сообщал работодателю свою предыдущую должность – в одном случае он заявлял о руководящей позиции, а в другом – о должности помощника дворника. Однако это не повлияло на результаты исследования: негативное восприятие женского гнева сохранялось вне зависимости от занимаемой ею должности. То же самое оказалось верно и для мужчин — мужской гнев не стал более приемлемым из-за того, какую должность занимал «кандидат».

Кроме того, в видеороликах второй модификации эксперимента имитируемую грусть актеров заменили на полное отсутствие эмоций. Исследователи посчитали, что печаль – это слишком самостоятельное чувство для изучения гнева. Но итог не изменился — раздраженные женщины по-прежнему вызывали меньше симпатии, чем спокойные и те, кто испытывал скорбь. У мужчин же ситуация претерпела изменения: разозленные мужчины стали немного более предпочтительными по сравнению с хладнокровными, хотя последним предложили большую заработную плату. Таким образом, ученые пришли к выводу, что проявление печали может негативно сказываться на имидже мужчины, в то время как невозмутимость и гнев почти равнозначно полезны для него («почти» — поскольку в других исследованиях разгневанные мужчины по всем параметрам оказывались более привлекательными, чем спокойные).

Финальный этап исследований был посвящен попытке донести до аудитории мысль о том, что гнев у женщин не является следствием плохого характера или недостатка самообладания, а обусловлен вполне конкретными причинами, находящимися вне их контроля. В обновленных видеороликах женщина возлагала вину за потерянный документ на своего коллегу, обвиняя его в обмане. Примечательно, что это практически полностью оправдало разгневанную женщину в глазах зрителей – теперь они испытывали к ней симпатию примерно такую же, как и к спокойным дамам, и значительно большую по сравнению с теми женщинами, которые выражали гнев без объяснения внешних факторов.

Однако у мужчин ситуация сложилась совершенно иначе: когда разгневанный мужчина перекладывал ответственность на коллегу, симпатия окружающих к нему заметно снижалась. «Следовательно, женщины, чтобы вызвать положительные эмоции, должны объяснять причины своего гнева и возлагать вину на других, а вот мужчинам лучше этого не делать», – полушутливо советует Марков. Похоже, эти результаты вновь демонстрируют устоявшиеся стереотипы о том, что от мужчин ожидают активности и большей ответственности, в то время как от женщин — зависимости и пассивности («я ни при чем, сам явился»).