Проведенные специалистами химического факультета МГУ измерения показали, что содержание частиц микропластика в бутилированной питьевой воде незначительно и в большей степени зависит от методов очистки воды, а не от материала, из которого изготовлена тара.
В последнее время вопрос о потенциальной угрозе, исходящей от микропластика, все чаще поднимается в средствах массовой информации и научных публикациях. Различные исследовательские коллективы из разных стран заявляют, что эти частицы присутствуют повсеместно и способны оказывать негативное воздействие на здоровье человека и состояние окружающей среды. Для проверки этих утверждений ранее в МГУ были проведены исследования, направленные на определение уровня загрязнения природных вод Московской области взвешенными твердыми частицами микропластика, а также природными микрочастицами биологического происхождения, алюмосиликатами (глиной) и песком, в диапазоне размеров от 0.1 мкм до 1 мм. Результаты показали, что концентрация частиц микропластика в речных водах этого региона крайне низка и составляет всего несколько сотен нанограммов на литр.
На втором этапе исследования был выбран бутилированная питьевая вода. В средствах массовой информации часто можно встретить заявления о том, что пластиковые бутылки являются существенным источником микропластика, и что в воде, разлитой в такую тару, присутствуют частицы материала, из которого она сделана. Для подтверждения или опровержения этого утверждения была осуществлена каскадная фильтрация образцов промышленно упакованной питьевой воды, произведенной разными компаниями и поставляемой потребителю в упаковке различных типов (пластик, стекло, тетрапак), а также образцов водопроводной воды.
«Благодаря предварительной и тщательной подготовке питьевой воды, доходящей до потребителя, ее содержание коллоидно-растворенных частиц значительно ниже, чем в природной воде. Тем не менее, нам удалось выявить такие частицы в диапазоне от 0.1 до 10 мкм. Изначально частицы биологического происхождения были удалены с использованием сильного окислителя. Затем оставшиеся частицы были окрашены флуоресцентным красителем для последующего подсчета с помощью флуоресцентной микроскопии», — сообщил ведущий научный сотрудник кафедры аналитической химии химического факультета МГУ Дмитрий Волков.
Зафиксированное количество частиц микропластика во всех исследуемых образцах (пластиковая, стеклянная упаковка, тетрапак, водопроводная вода) не превышает 10 тысяч на литр. Если пересчитать в массовые концентрации, то концентрация микропластика оказывается не более одного нанограмма на литр. При этом не было выявлено существенной связи между количеством частиц микропластика в бутилированной воде и типом используемой тары: в стеклянных бутылках и в тетрапаке зафиксировано даже несколько большее количество частиц, чем в пластиковой упаковке.
«Анализ полученных данных свидетельствует о незначительном влиянии материала упаковки на концентрацию частиц пластика в питьевой воде. Более существенное значение имеют условия промышленных процессов водоподготовки, которые осуществляются не в стерильных условиях. Тем не менее, стоит отметить, что содержание коллоидно-растворенных частиц микропластика в питьевой воде крайне невелико и не представляет значительной опасности для потребителей, — сообщил заведующий кафедрой физики полимеров и кристаллов физического факультета МГУ, академик Алексей Хохлов.
Несмотря на это, вопрос о выявлении микропластика как в окружающей среде, так и в пищевых продуктах, остается важным – исследования данного вопроса начались относительно недавно, и для его полного понимания необходимо продолжить работу.
Информация предоставлена пресс-службой МГУ