Некорректная работа внутреннего механизма оценки рисков может привести к тому, что человек начинает бездумно следовать решениям окружающих. К такому заключению пришли ученые из международной исследовательской группы, изучив, как люди с повреждениями определенных участков мозга принимают решения в ситуациях неопределенности. Эксперимент выявил, что при потере способности к логической оценке вероятностей участники чаще ориентировались на конформизм и повторяли выбор других, даже если это оказывалось невыгодным.
Склонность к рискованному поведению наблюдается у подростков, а также у людей с некоторыми неврологическими нарушениями и болезнями. В ходе классических исследований, посвященных рискованному поведению, исследователи неоднократно выделяли две области в мозге, которые активируются при оценке вероятности выигрыша/проигрыша: островковая доля (lobus insularis) и дорсальная часть передней поясной коры (cingularis anterior). Первая считается ответственной за ощущение эмоций и ряд других функций. Вторая задействована в выполнении таких когнитивных функций, как принятие решений, эмпатия и импульсивность.
Чтобы выяснить, как травмы в этих областях мозга влияют на способность оценивать риски и принимать во внимание точку зрения других людей, исследователи провели новое изучение, опубликованного в журнале PLOS Computational Biology, участникам эксперимента предложили сделать выбор между двумя вариантами лотерей: консервативной и рискованной. В исследовании приняли участие 44 человека, среди которых 28 не имели повреждений мозга (контрольная группа), 10 имели поражения островковой области, а еще шесть – поражения дорсальной части передней поясной коры.
На первом этапе исследования участники делали выбор самостоятельно, не видя решений других людей. Во втором этапе перед тем, как принять решение, им демонстрировалось, какой выбор, как утверждалось, сделали два других участника. Эти «другие игроки» могли отдавать предпочтение безопасному или рискованному варианту, либо демонстрировать противоположные точки зрения (один выбирал безопасный, другой – рискованный). Такой метод позволил выяснить, как люди соотносят собственные представления о риске с социальным влиянием (выбором окружающих).
Математическую модель, учитывающую как рациональную оценку потенциальной выгоды или убытка, так и автоматическое подражание выбору других, разработали авторы научной работы под руководством Марка Орлоффа из Виргинского политехнического института (США.
Анализ продемонстрировал, что люди с повреждениями мозга проявляли тенденцию к воспроизведению решений, принятых окружающими, в то время как участники контрольной группы учитывали собственные предпочтения при оценке действий «других». Зафиксировано, что у людей с поражениями островковой доли и дорсальной части передней поясной коры наблюдались трудности с применением стандартной экономической логики, основанной на расчете ожидаемой ценности и вероятности выигрыша.
К тому же, если участники эксперимента наблюдали, что другие выбрали, казалось бы, более безопасный вариант, они автоматически перенимали это решение, не проводя собственного анализа рисков. Ученые описывают подобную модель поведения как «быструю когнитивную подсказку»: в ситуациях, когда собственные инструменты оценки рисков оказываются неэффективными, легче всего полагаться на чужие решения.
Учёные также подчеркнули, что полученные ими результаты не ограничиваются только неврологическими пациентами: аналогичные ошибки в оценке риска и повышенная зависимость от мнения окружающих могут проявляться в разнообразных обстоятельствах. К примеру, подростки нередко действуют импульсивно и более склонны к влиянию со стороны группы, а у людей с некоторыми психоневрологическими расстройствами или заболеваниями, сопровождающимися когнитивными нарушениями, сложнее прогнозировать результаты, и они, соответственно, действуют по принципу «как все».
Когда ситуация непредсказуема и предыдущий опыт оказывается неэффективным, люди с большей вероятностью прислушиваются к мнению других.
Новое исследование предоставит данные, необходимые для улучшения подходов к восстановлению пациентов с черепно-мозговыми травмами, а также для создания эффективных мер по предупреждению опасного поведения, учитывающих социальную среду.