Полученные данные оказались весьма неожиданными, особенно если принять во внимание, что пандемия произошла почти семь веков назад. Данное открытие помогает понять, почему частота некоторых заболеваний значительно варьируется среди различных групп современного населения.
Согласно современным исследованиям, в XIV веке «черная смерть» привела к гибели от 30 до 50 процентов населения Африки и Евразии в течение нескольких десятилетий. Количество людей, погибших во время этой пандемии, по меньшей мере, сопоставимо с числом жертв Второй мировой войны, а по некоторым оценкам даже превышает его. Принимая во внимание, что в то время население Земли было значительно меньше, это стало самым масштабным потрясением в истории человечества за последние десять тысяч лет.
Новое исследование, проведенное международной группой ученых и опубликованное в Nature, обнаружила неожиданную сторону эпидемии: она оставила заметный след в генах тех, кто ее пережил, — по крайней мере, если речь идет о Европе. Причем след этот был полезен в Средние века и Новое время, но однозначно вреден в наши дни.
В ходе исследования, авторы проанализировали ДНК, полученную от 206 представителей европейских популяций, существовавших до, во время и после пандемии чумы XIV века. Анализ показал, что после «черной смерти» в ДНК популяций стало чаще встречаться определенный ген, который, вероятно, помогает иммунной системе более эффективно противостоять бактерии, вызывающей чуму. Примечательно, что данный ген стал более распространенным не только в популяциях средневековой Англии, но и в современной ей Дании.
Таким образом, речь идет о том, что чума спровоцировала конвергентную эволюцию двух различных популяций, разделенных географически. Похожий эффект, вероятно, повлиял и на жителей Древней Руси того времени, или на Китай в его взаимодействии с Африкой: генетический материал древних популяций из этих регионов авторами работы не был учтен.
Помимо одного конкретного гена, все чаще выявляются десятки других, однако с определенностью установить их роль в иммунных процессах представляется затруднительным. Существенная доля мутаций в геноме человека может оказаться нейтральной, но при этом распространяться в популяции, если изначально присутствовала у группы особей, демонстрирующих повышенную устойчивость к чуме.
Безусловно, можно утверждать следующее: когда авторы исследования выращивали клеточные культуры, полученные из человеческих клеток, несущих гены, которые чаще встречались после эпидемии, то их заражение бактериями чумы было затруднено. Клетки, не обладающие такими характеристиками, оказались более восприимчивыми к воздействию чумных бактерий.
По всей видимости, чума существенно повлияла на генетический фонд людей всего за несколько поколений. Она не внесла в него совершенно новых генов, однако значительно повысила распространенность у потомков тех, чьи генетические особенности способствовали большей устойчивости к болезни.
До XVII-XVIII веков данные особенности были востребованы, однако с введением эффективных карантинных мер чума утратила характер массового заболевания. Следовательно, преимущества этих мутаций в настоящее время исчезли.
Авторы исследования также подчеркивают, что те же гены увеличивают вероятность развития ревматоидного артрита. Таким образом, влияние «чумного» периода на современных людей заключается не только в том, что заболевание повлияло на ход истории человеческих обществ в XIV-XVIII веках. Получается, что чума продолжает оказывать негативное воздействие на здоровье нашего вида даже спустя 700 лет после пика ее распространения, хотя это влияние и опосредованное.