Новое исследование антропологов опровергло представление о «благородных дикарях»

Новости МирТесен

Долгое время исследователи были уверены, что традиционные общества охотников-собирателей строят свою жизнь на альтруизме и равенстве, и что именно эти принципы формируют их поведение. По мнению экспертов, представители таких обществ придерживаются эгалитарных взглядов, подразумевающих равные возможности и доступ к ресурсам для всех. Однако результаты недавнего исследования противоречат этой распространенной точке зрения. Анализ показал, что за внешним равенством кроются сложные взаимоотношения, основанные на личных амбициях, социальном давлении и скрытой конкуренции. В результате, ученые заключили, что ни в одном из изученных человеческих сообществ не наблюдалось подлинного эгалитаризма.

В период Просвещения европейская философия и литература существовала идея о «естественном человеке», живущем ближе к природе, свободном и «чистом» от пороков цивилизации. Этот архетип получил название «благородный дикарь».

В XIX столетии, после появления первых отчетов о «первобытных» людях, сделанных в ходе научных экспедиций, этот стереотипный образ был приписан реальным группам охотников-собирателей. Предполагалось, что они живут в согласии с окружающей средой и справедливо распределяют ресурсы.

Немецкий философ Фридрих Энгельс, работавший в тесном сотрудничестве с Карлом Марксом, считал, считается, что общества охотников-собирателей воплощают принципы первобытного коммунизма. В то время ученый придерживался распространенной гипотезы, утверждавшей, что на самых ранних этапах развития человеческих обществ ресурсы (земля, охота, собирательство) использовались совместно, а потребление основывалось на принципе «по необходимости» — то есть результаты труда распределялись внутри группы без формирования личного «имущества».

По мнению Энгельса, в подобной среде существовала относительная экономическая, гендерная и социальная уравненность. Это означало, что охотники-собиратели вели образ жизни, близкий к равноправию: между ними не было разрыва в уровне достатка, не формировались сословия и отсутствовало государственное управление. Энгельс утверждал, что все ключевые решения принимались ими, основываясь на родственных отношениях и взаимопомощи.

По мере развития, эта концепция была полностью интегрирована в академические круги. Изучение распределения ресурсов в небольших группах охотников-собирателей подтолкнуло исследователей к выводу, что альтруизм и равноправие являются естественным, изначальным состоянием человечества. Охота и собирательство как основной способ существования определяли подавляющую часть нашей истории – до перехода к земледелию около 10 тысяч лет назад. Поэтому антропологи длительное время рассматривали эти сообщества как возможность заглянуть в прошлое и понять, как жили наши предки.

Однако антропологи во главе с Дунканом Стиббардом-Хоуксом провели новый анализ этнографических и антропологических данных ( Duncan Stibbard-Hawkes) из Даремского университета в Великобритании и Крисом фон Рюденом из Университета Ричмонда в США, представили совершенно иное представление об охотниках-собирателях. Согласно выводам исследователей, в ни одном из рассмотренных человеческих сообществ не наблюдалось подлинного равенства. Их результаты были опубликованы в научной статье, опубликованной в журнале Behavioral and Brain Sciences.

Стиббард-Хоукс и фон Рюден утверждали, что их коллеги нередко допускали серьезную ошибку, принимая за свидетельство существования внутренней этической нормы, определяющей общество, просто зафиксированное равенство в распределении ресурсов. Неверная интерпретация данных привела к формированию упрощенной модели современных обществ охотников-собирателей. В действительности, видимое равенство нередко являлось следствием прагматических целей и даже продиктовано личными интересами.

Авторы научной работы полагают, что у охотников-собирателей равенство сформировалось не вследствие стремления к справедливости, а как следствие борьбы каждого члена общества за личную независимость.

Народ мбенджеле, проживающий в Конго, служит наглядным примером. В их культуре распространена традиция открытого выражения недовольства, называемая мосамбо. Если человек ощущает нарушение своих прав, он обращается к соплеменникам и открыто выражает свой протест. Такая процедура нужна не для установления равноправия, а для предотвращения возникновения доминирующих личностей, способных навязывать свою волю остальным.

Еще одним аргументом в пользу иллюзорного равенства у охотников-собирателей является прагматичный расчет. В научных кругах распространено убеждение, что охотник делится мясом с членами своей группы из альтруистических побуждений. Однако Стиббард-Хоукс и фон Рюден высказали альтернативную точку зрения: он может отдавать добычу, чтобы избежать постоянных просьб, обвинений в жадности и социального давления.

В культурах народов-охотников и собирателей нередко наблюдается явление, когда люди активно и настойчиво просят о передаче им продовольствия. Уговоры, обвинения и жалобы становятся обыденной частью их повседневного общения.

Например, народ кунг, обитающий в Анголе, Ботсване и Намибии, является ярким тому подтверждением. Исследователи отмечают, что примерно 34 процента их дневных разговоров занимают жалобы на скупость соседей. В такой обстановке охотник раздает мясо не из великодушия, а чтобы не слушать обвинения в жадности и не сталкиваться с раздраженными соседями.

Наличие жалоб и упреков, посредством которых одни участники группы вынуждают других делиться ресурсами, не исключает иерархию в коллективе. Исследования Стиббарда-Хоукса и фон Рюдена показали, что статус в племени охотников-собирателей нередко определяется уникальными, но весьма строгими принципами. Лидирующие позиции занимают не те, кто обладает наибольшим количеством имущества, а те, кто демонстрирует себя как наиболее готовый к сотрудничеству, полезный и справедливый участник общины.

Например, народ цимане в Боливии считает проявления смирения и готовности помочь главными признаками достойного человека. Поэтому то, что антропологи внешнее воспринимают как равенство, на самом деле может быть результатом негласного и напряженного соревнования — борьбы за звание самого справедливого и уравновешенного человека в группе. Эта конкуренция порождает собственную «шкалу уважения»: на вершине оказываются не лучшие воины, а те, кого люди считают моральными авторитетами.

Новая научная работа вызвала положительную реакцию. Британский антрополог Джером Льюис ( Jerome Lewis) из Университетского колледжа Лондона назвал ее важным вкладом, который «собирает воедино ряд различных этнографических примеров, чтобы показать диапазон и разнообразие эгалитаризма». Ученый прямо заявил, что сложившийся в XIX веке образ «благородного дикаря» сегодня выглядит устаревшим, его необходимо пересмотреть.