Карликовая мегаfauna на Кипре исчезла в результате охоты сборщиков за 1000 лет.

Мнения о вымирании мегафауны разделились: одни считают виновными древних людей, другие — изменчивый климат. На самом деле картина сложнее, но возможно, не так в ситуации на Кипре к концу плейстоцена. Международный коллектив ученых проанализировал большой массив данных и впервые раскрыл тайну исчезновения двух представителей островной мегафауны.

Останки карликового слона Palaeoloxodon cypriotes выставлены в Информационном центре геологии и палеонтологии Акамас на Западном Кипре.

Примерно 13 тысяч лет назад люди появились на Кипре. К этому моменту на острове жили лишь два вида крупных млекопитающих, весящих более 100 килограмм: бегемот… Phanourios minor и слон Palaeoloxodon cypriotes.

Оба вида считаются карликовыми, так как примерно на 10 процентов меньше материковых собратьев. Первый весил 130, а второй — 530 килограммов. На Кипре отсутствовали крупные хищники, поэтому появление охотников-собирателей фактически означало для обоих «карликовых» гигантов смертельный приговор.

В статье, опубликованной в журнале Proceedings of the Royal Society BУченые из Австралии, Кипра, США и Германии заметили, что большая часть костей бегемотов и слонов на Кипре найдена на стоянках. Также палеонтологам известно, что самые мелкие или крупные островные виды находятся в группе риска вымирания. Несмотря на это, гипотеза о том, что мегафауна исчезла на Кипре из-за человека, многим специалистам казалась сомнительной.

Авторы научной работы для изучения проблемы использовали методы анализа данных.
Датировки ранжировались по степени достоверности. Затем их скорректировали с учётом эффекта Синьора — Липпса, утверждающего об объективной неполноте палеонтологической летописи и невозможности обнаружения первого или последнего представителя таксона с большой вероятностью. На основании этого исследователи уточнили хронологию вымирания.
P. minor и P. cypriotes.

Карта острова с указанными местами обнаружения останков кипрских карликовых бегемотов и слонов.

Исследователи создали модель изменения численности обеих групп мегафауны и установили критическое количество особей, которое необходимо изъять, чтобы избежать необратимых последствий. Кроме того, смоделирован рост численности людей и их потребность в мясе для расчёта «окна вымирания».

Кипрский карликовый бегемот исчез между 11 995 и 11 092 годами до нашей эры, а слон — между 10 347 и 9073 годами. Люди пришли на остров между 14 257 и 13 182 годами до нашей эры. Первый вид вымер спустя 1187-3165 лет после этого, а второй — через 2835-5184 года.

Скелет карликового бегемота (Phanourios minor) и его художественная интерпретация в Информационном центре геологии и палеонтологии Акамас на Западном Кипре.

Кипрский карликовый слон был более подвержен исчезновению. Вырубание 200 особей ежегодно угрожало виду, а потеря 350 почти гарантировала его вымирание.

Бегемота было сложнее уничтожить: для этого нужно было ежегодно убивать от 650 до 1000 особей.

Даты прихода людей на Кипр и временные рамки вымирания обеих групп крупных животных представлены графиком. Над ним указаны климатические периоды: последний ледниковый максимум, тёплый период бёллингского оледенения, ранний дриас и ранний — средний голоцен. Наложены прогнозируемые аномалии температур / © Bradshaw et al, 2024.

При численности населения три тысячи человек угроза грозила обеим видам. Население в четыре с половиной тысячи человек почти неизбежно привело бы к уничтожению бегемота, а семь с половиной тысяч — слона. Для этого понадобилось от 800 до тысячелетнего периода.

Исследователи считают это одним из первых доказательств того, как жители каменного века могли привести к исчезновению крупных животных после их первой встречи с ними.

Ученые в статье утверждают, что результаты их исследования подтверждают гипотезу о том, что древние люди сыграли не менее чем частичную роль в исчезновении мегафауны на планете в позднем плейстоцене и голоцене.

В лесах горной системы Троодоса на Кипре жила местная мегафауна.

Данные палеоклиматологии и археологии косвенно свидетельствуют о том, что ландшафты Кипра в раннем голоцене не были «бедными». Остров был густо покрыт лесами и кустарниками, характерными для Средиземноморья того времени, что делало его привлекательным для палеолитических охотников-собирателей.