Война за независимость североамериканских колоний от Великобритании началась 19 апреля 1775 года, что соответствует 250-летию со дня ее начала. Колонисты одержали победу, несмотря на их меньшее число, отсутствие развитой промышленности и поддержку со стороны большинства населения колоний. Даже повод для конфликта кажется нелогичным: американцы начали войну, чтобы избежать уплаты налогов, хотя они платили их в шестнадцать раз меньше, чем жители Англии. В чем же заключалась истинная причина войны? Как аграрная страна, находившаяся в менее развитом состоянии, смогла одержать верх над Англией, которая в то время являлась «мировой фабрикой?
В 1607 году англичане основали Джеймстаун в Виргинии, что стало началом колонизации Северной Америки ими. Колонии демонстрировали быстрый рост: к 1675 году их население достигло 130 тысяч человек, а к 1775 году – 2,4 миллиона (без учета рабов). За столетие население увеличилось почти в двадцать раз. Такого стремительного развития не наблюдалось ни в одной другой европейской колонии. Для сопоставления: Великобританию в то время населяло 7,8 миллиона человек.
С одной стороны, расширение территории принесло значительную пользу Лондону. Почти все экспортные товары из будущих Соединенных Штатов представляли собой сырье, необходимое Англии: табак, зерно, сушеная рыба, древесина, индиго, меха (в частности, бобровые). В обратном направлении перевозились промышленные изделия – от пуговиц до одежды, а также инструменты и оборудование.
У англичан также возникли и негативные последствия: колония, численность населения которой составляла примерно треть населения метрополии, нуждалась в управлении (губернаторах и чиновниках), в солдатах, обеспечивающих защиту от индейцев, и в прочих ресурсах. Содержание этих людей осуществлялось за счет казны метрополии, а не за счет местных налогов. Особую остроту проблеме придала Семилетняя война 1756–1762 годов: чтобы вести боевые действия с французами в Канаде, Англии необходимо было содержать там значительный военный контингент. Даже после завершения войны она продолжала тратить на это 350 тысяч фунтов стерлингов в год, в то время как местные жители уплачивали налоги лишь в размере 64 тысячи фунтов.
К 1760-м годам госдолг Великобритании, во многом из-за указанных факторов, достиг 70 процентов ВВП. Современные экономические модели показывают, что такой объем долга вполне допустим, однако для британской элиты того времени это было крайне необычно. Члены лордов нервничали и начали детально изучать финансовые показатели. Стало известно, что североамериканский колонист в среднем уплачивал налогов всего 0,04 фунта в год, в то время как средний житель Англии – 1,24 фунта в год. Фактически, метрополия финансировала колонии, предоставляя им услуги управления и защиты, но не получала за это никакой отдачи.
Неудивительно, что Лондон стремился взимать с колоний повышенные налоги — начиная с особого гербового сбора 1765 года. Колонии выразили несогласие, причем весьма ощутимое. Их представители направились в Великобританию и заявили, что, поскольку они не имеют представительства в парламенте, то не считают данный платеж обоснованным.
Английский премьер-министр Лорд Гренвилл, ведя с ними переговоры, заявил, что ему безразлично, кто возьмет на себя сбор налогов. Если колонисты желают это делать, пусть сами организуют сбор и финансирование английской армии. Представители колонистов, в числе которых был Бенджамин Франклин, разумеется, не были готовы принять такое предложение. Они немедленно сообщили англичанам о невозможности согласования налоговых обязательств между 13 колониями. В ответ Гренвилл отметил, что в таком случае сбор налогов останется за англичанами.
Представленные доводы позволили Гренвиллу провести закон через парламент, однако не вызвали интереса у американцев. Лозунг «Никаких налогов без представительства» получил широкое распространение. При этом ни один из сторонников этой идеи не рассматривал вопрос о том, каким образом британский парламент мог бы включить в свой состав представителей США, не задумывался о том, что это потребует существенных изменений в законодательстве и так далее. Просто никто не желал платить налоги, и это было главным.
Первая попытка увеличить налоговую нагрузку в колониях оказалась безуспешной, однако в течение последующего десятилетия Лондон все же ввел там несколько новых налогов. Тем не менее, на одного жителя американцы по-прежнему платили в 16 раз меньше, по сравнению с англичанами, ситуация была лучше, хотя и не настолько, как прежде, когда все шло до тридцати лет назад. Подобное положение вещей терпеть было невозможно. Вскоре начались протесты местного населения, вызванные недовольством налоговой политикой («Бостонское чаепитие»). В ответ на это англичане решили ввести ограничения против порта Бостона, однако это лишь усилило раздражение колонистов и побудило их к подготовке к вооруженному конфликту.
Битва при Лексингтоне: начало войны, но где же оружие?
Английские войска, дислоцированные в Бостоне, 19 апреля 1775 года предприняли попытку визита на оружейные склады колонистов, поскольку располагали информацией о подготовке ими вооруженного сопротивления. Однако эти планы не остались неизвестными: колонисты не только эвакуировали все запасы с этих складов, но и подготовили людей к столкновениям с англичанами. Местное население было знакомо с ношением оружия благодаря частым войнам с индейцами и французами. Английские отряды, направленные к уже опустевшим складам, имели незначительную численность (400 человек в Лексингтоне, 300 — в Конраде), а стрелять по ним стремились тысячи колонистов-ополченцев.
«Британские солдаты, известные как «красные мундиры», начали отступать, и для поддержки им направили восемьсот человек. Это позволило избежать еще больших потерь, однако не смогло полностью предотвратить их: англичане потеряли 124 человека убитыми и пропавшими без вести. Американцы понесли меньше потерь — всего 54.
Начало вооруженного конфликта оказалось значительно легче, чем его продолжение. В знаменитом романе «Унесенные ветром», повествующем о Гражданской войне в США 1861-1865 годов, один из героев подвергает критике решение южан начать борьбу за независимость, отмечая: «[у противника есть] заводы, фабрики, верфи, рудники и угольные копи — все то, чем мы не располагаем. А у нас есть лишь хлопок, рабы и показное достоинство. В конечном итоге, именно они, а не мы, одержат победу».
Схожая ситуация наблюдалась и с 13 колониями в 1775 году. Речь идет о том, что у них отсутствовали заводы, фабрики, шахты и угольные шахты. Слово «почти» используется, поскольку в 13 колониях применялся рабский труд и существовала определенная степень развития, однако хлопка еще не производили. Экспортеры табака и другого сырья практически не обладали сложными промышленными изделиями, в том числе ружьями и порохом.
У будущих американцев существовала иная трудность: нехватка регулярной армии. Налоги, разумеется, никто не желал платить, и пока этот вопрос оставался открытым, все колонисты выступали за независимость. Однако, как только возникал вопрос о необходимости службы в армии и участия в боевых действиях, единодушие рассеивалось. Экономически зависимая территория, населенная преимущественно фермерами (на севере), рабами и рабовладельцами, такими как Джордж Вашингтон (на юге), не могла предоставить значительное количество военнослужащих. Кто будет заниматься обработкой земли за фермера, если он отправится на войну? В стране отсутствовала какая-либо система социальной поддержки, а выделение приличных окладов препятствовало нежеланию платить налоги, что, собственно, и послужило причиной войны.
Джордж Вашингтон, пользовавшийся популярностью среди колонистов ещё со времён Семилетней войны, мог принять командование Континентальной армией, поскольку его труд облегчали рабы и надзиратели. Однако небольшое количество людей, принадлежащих к этой социальной группе, препятствовало их значительному вкладу в укомплектование армии. Требовалось найти выход из положения. В то время речь не шла о независимости: восставшие стремились добиться существенных уступок от Лондона. Для достижения этой цели казалось целесообразным одержать над ним несколько значительных побед и добиться признания.
Администрация США начинает активные действия
После битвы при Лексингтоне колонисты окружили английские войска в Бостоне и заблокировали их в городе. При условии сохранения господства Англии на море, такая ситуация могла длиться неопределенно долгое время. Однако в июле 1775 года в Бостон прибыл Джордж Вашингтон, который намеревался активизировать боевые действия. Его энтузиазм несколько угас, когда стало известно, что у осаждавшей армию, насчитывавшей 14 500 человек, было достаточно пороха лишь на девять выстрелов с каждого ружья. Впоследствии Вашингтон приступил к осаде Бостона, начал перебрасывать к городу артиллерию, захваченную у англичан в форте Тикондерога, и в целом организовал планомерную осаду.
К 17 марта 1776 года войска Вашингтона смогли доставить захваченную артиллерию на стратегически важные Дорчестерские высоты. Уильям Хау, руководивший обороной Бостона, не располагал информацией о недостатке пороха у противника, и поэтому эвакуировал весь гарнизон из Бостона. Это стало первой крупной победой.
В этот момент Вашингтон направил в Канаду контингент численностью 2200 человек под командованием генерала Ричарда Монтгомери. Цель заключалась в том, чтобы спровоцировать восстание и среди франкоязычных квебекцев, которые на протяжении двенадцати лет демонстрировали лояльность Лондону. Однако, практическая реализация этой идеи оказалась затруднительной. Обращенные к канадцам обращения, начинавшиеся словами «Друзья! Соотечественники!», были составлены на английском языке, который не пользовался широкой популярностью среди квебекцев. Кроме того, в них колонисты, участвовавшие в их оккупации во время недавней Семилетней войны, подвергались критике не меньше, чем англичане.
Монтгомери без труда взял Монреаль, однако при штурме Квебека погиб, а американские войска понесли потери в 400 человек, после чего отступили из Канады. Английские гарнизоны, участвовавшие в боях за эту территорию, потеряли всего 700 человек, тогда как американские потери составили 1500 человек. Кроме того, в пути солдаты американской армии заболели оспой, что привело к гибели многих из них без участия в сражениях.
Первая попытка американцев захватить Канаду оказалась неудачной, что оказало значительное влияние на ход истории. Если бы колонисты добились успеха в тот раз, сегодняшние Соединенные Штаты представляли бы собой гораздо более влиятельное и развитое государство.
Неудача привела к еще одному последствию: лидеры повстанцев, во главе с Вашингтоном, осознали, что их шансы на победу в войне без посторонней помощи невелики. Запасы пороха, захваченного у англичан, были ограничены. После победы в Канаде британские войска начали наступление на северные колонии.
Американцам требовалась значительная поддержка со стороны государства, которое могло бы предоставить оружие, обмундирование, финансовые средства и, самое главное, солдат с компетентным командованием. Переговоры с Францией по этим вопросам были начаты еще в 1775 году. Однако прогресс был незначительным: французы не видели смысла в войне за освобождение американцев от налогов, поскольку те были потомками колонизаторов, захвативших ранее французские территории, включая Квебек. Единственным стимулом для Франции могло стать стратегическое ослабление Великобритании, их давнего противника.
Решение о независимости принято, однако пока не удалось получить дохода от не
Такое снижение напряженности стало возможным лишь при одном условии: если бы тринадцать колоний провозгласили независимость. В период с марта по июнь 1776 года каждая из них последовательно заявила о своей готовности к этому шагу. На основании этих решений 4 июля того же года была принята Декларация независимости. Джордж Вашингтон довел эту декларацию до сведения армии, а свинцовую статую короля в Нью-Йорке снесли и переплавили в пули (металл для них США также не производили).
Несмотря на декларацию, до заключения союза с Францией оставался значительный период. Причиной тому являлось отсутствие оперативной связи и регулярного пассажирского сообщения, из-за чего сигналы из Северной Америки доходили до американских представителей в Париже с задержкой. Кроме того, требовалось время, чтобы убедить французскую сторону, поскольку ее дипломатам также необходимо было время для того, чтобы уговорить своего монарха на новый конфликт с Англией.
Основная сложность заключалась не в том, что Франция обычно терпела поражения в этих войнах. Возникал принципиальный вопрос: каким образом находить средства для ведения военных действий. Франция не склонна была значительно увеличивать государственный долг, поскольку он был в несколько раз меньше относительно валового внутреннего продукта, чем в Великобритании. Однако повышение налогов было связано с риском созыва Генеральных штатов (аналога местного парламента). Короли не любили прибегать к этой мере, и на то были веские причины: в 1789 году подобный созыв привел к Великой французской революции, что повлекло за собой физическое уничтожение короля с семьей и продолжительные кровопролития. В конечном итоге это привело к утрате Францией позиции наиболее развитой западной экономики.
Впереди еще предстояло многое, однако в настоящий момент Вашингтону необходимо было противостоять англичанам. Те решили овладеть Нью-Йорком, высадив десант численностью в 15 тысяч человек. Из-за просчетов, допущенных англичанами, боевые действия за Нью-Йорк продолжались с 22 августа и до наступления осени, но в конечном итоге они одержали победу и заняли город.
Примечательной особенностью было то, что две трети жителей Нью-Йорка поддерживали короля, что приводило к обсуждению идеи уничтожения города при отступлении войск Вашингтона. После этого англичане предприняли попытку захвата всего штата, однако Вашингтон организовал ряд ответных операций и сумел оттеснить британские войска с занятых ими территорий
В тот момент он оказался в крайне затруднительном положении: численность войск, которыми он командовал, нередко сокращалась до пяти тысяч человек. Причиной тому служили вспышки оспы, истечение срока службы солдат и их дезертирство. Несмотря на это, плантатор продемонстрировал необычайную психологическую стойкость: если под Нью-Йорком, увидев отступающих солдат, он снимал шляпу и бросал ее на землю, выражая сомнения в возможности защиты Америки с такими людьми, то к зиме 1777 года он по-прежнему осуществлял незначительные наступательные операции, привыкнув к малочисленности, недостаточному вооружению и невысокой дисциплине своей армии.
Надежным подспорьем стало предоставление ему Конгрессом чрезвычайных полномочий в конце 1776 года и последующая всеобщая вакцинация солдат от оспы. Британская армия уже применяла вакцинацию, тогда как американцы – нет, что приводило к значительным потерям от этой болезни во время практически каждого крупного похода. Однако, добиться существенных успехов армии Вашингтону не удалось.
В октябре 1777 года ополченцы, действующие независимо от армии генерала Вашингтона, одержали победу над значительным отрядом британских войск благодаря ряду просчетов, допущенных британским командиром Джоном Бергойна. Это стало первым случаем в истории ополчения) под Саратогой. Потери, насчитывавшие 6,7 тысячи человек, стали самым значительным поражением англичан с начала военных действий и побудили Париж к принятию решения вступить в войну. Теперь французские власти пришли к выводу, что колонисты обладают достаточной мощью, и оказание им помощи не потребует чрезмерных усилий со стороны Франции.
Франция выигрывает войну за американцев
В 1778 году Франция вступила в войну, и это событие имело огромное значение. На тот момент подушевой валовой внутренний продукт Франции составлял в полтора раза меньше британского, но население было втрое больше. Поэтому по размеру экономики Франция вдвое превосходила Британию. Вообще, ее экономика была сильнейшей изо всех западных — чего в послереволюционную эпоху, разумеется, более никогда не случалось.
Французы предоставили американцам оружие, отвечавшее общепринятым стандартам. До этого момента американцы нередко использовали самодельные винтовки, собранные из разнородных деталей, что негативно сказывалось на точности и надежности. Помимо этого, французы обеспечили их тканью и пуговицами для военной формы, артиллерией и, что было особенно значимо, мощной военно-морской эскадрой, включавшей 12 линейных кораблей и четыре фрегата, а также большим количеством военнослужащих. Для Соединенных Штатов, где концентрация 5-10 тысяч солдат в одном месте была скорее исключением, это стало существенной поддержкой.
Это не означало, что война сразу же стала благоприятной. Французский командующий де Рошамбо, оценив уровень подготовки, дисциплину и снабжение колонистов, был настолько поражен, что немедленно утратил уверенность в американцах как в боеспособной силе. В связи с этим он продолжительное время собирал подкрепления из Франции, стремясь обеспечить себя достаточно квалифицированными специалистами. Прошли годы, почти лишенные значительных сражений. Однако к сентябрю-октябрю 1781 года силы были сосредоточены, и восемь тысяч солдат под английским командованием были окружены под Йорктауном и сдались в плен.
Битва при Йорктауне стала не только самой значительной победой американцев в войне, но и оказала огромное психологическое влияние. Английский премьер-министр лорд Норт, получив известие о поражении, воскликнул: «Все кончено!» и приступил к мирным переговорам.
Почему Англия сдалась?
С первого взгляда его точка зрения кажется весьма необычной. Причина в том, что финансовая устойчивость Англии была значительно выше, чем у Франции: страна имела возможность увеличивать налоговое бремя, поскольку там уже действовал парламент, в то время как Франция не могла, и созыв Генеральных штатов для нее был равносилен смертельному удару (что впоследствии и произошло). Это было известно тем, кто предоставлял кредиты этим государствам, поэтому Парижу давали деньги с большой неохотой: у него не было средств для погашения долга. А вот Британии, напротив, кредиторы охотно предоставляли займы.
Об Америке даже говорить не стоит: ей никто не хотел давать в долг, поэтому она без ограничений печатала деньги. В стране наблюдалась острая инфляция и одновременно значительные задержки с выплатой заработной платы военнослужащим. В 1783 году из-за этого случился Ньюбургский заговор.
В апреле 1782 года английский флот одержал решительную победу над французским в битве у островов Всех Святых, ставшей крупнейшим морским сражением XVIII века. В результате этой победы французская армия понесла значительные потери – около пяти тысяч человек. Отсутствие крупных подкреплений для Франции из-за поражения флота позволило англичанам завершить войну на благоприятных условиях.
Несмотря на это, они больше не желали этого. Для понимания их побуждений необходимо рассмотреть ситуацию в Великобритании в период с 1750 по 1780 годы. В 1750-х годах английским правительством по сути управлял Уильям Питт-старший – личность выдающихся способностей, что, как это нередко случается, сопровождалось отсутствием склонности к соблюдению политической корректности. Это вызывало ненависть в британских элитах, однако на время была проявлена сдержанность, поскольку они разделяли его убеждение, сформулированное им самим: «Я могу спасти эту страну, и никто другой не способен на это».
В 1760-х годах наступил период мира, и к власти не пришли те, кто был при ней ранее. Питт выступал за налаживание отношений с американскими колониями, предлагая им места в британском парламенте – в таком случае они бы охотно согласились на увеличение налогов. Он приводил аналогичный пример с Уэльсом: до тех пор, пока Уэльс не получил представительство в парламенте, парламент не устанавливал для него налоги.
В спокойные времена его взгляды не привлекали внимания, однако к апрелю 1775 года, с началом Войны за независимость, он был уже слишком слаб, чтобы руководить страной. Тем не менее, его идеи оказывали существенное воздействие на ход событий, демонстрируя англичанам их собственную ответственность за происходящее.
Действия самого лорда Норта также способствовали ухудшению ситуации: его кабинет, испытывая дефицит военнослужащих, принял решение о допущении католиков к военной службе и предоставлении им полноценных гражданских прав. В Лондоне в 1780 году это вызвало восстание, в ходе которого сотни людей погибли в уличных столкновениях ( бунт лорда Гордона).
Правительство лорда Норта, игнорировавшее взвешенную точку зрения Питта-старшего, постепенно теряло поддержку на протяжении всей войны, и к ее завершению политики подвергались резкой критике. Другие политические силы не стремились ассоциировать себя с продолжением конфликта, ставшим причиной падения Норта.
Король Георг III также устал от постоянного хаоса в парламенте и принял решение назначить премьер-министром сына Питта-старшего — Питта-младшего (что и было осуществлено к 1783 году). В то время ему едва исполнилось 24 года, и парламент не проявлял к нему симпатии, однако король был разочарован предыдущими премьер-министрами, пользовавшимися поддержкой парламента, и не стал отступать от своего решения.
В сложившейся ситуации англичане стремились как можно скорее освободить США и перестать думать о них, словно о кошмарном видении. В Лондоне не хватило дальновидности, чтобы осознать, что благодаря своему особенному географическому положению Соединенные Штаты через столетие и двадцать лет превзойдут Англию по мощи.
К вопросу об источнике независимости США стоит вернуться в самом начале. Наиболее простой ответ – Франция. Безусловно, без французской помощи Континентальная армия не смогла бы противостоять проблемам, вызванным инфляцией и задержками в выплатах, а также дефицитом вооружения, опытных офицеров и солдат. Даже среди двух миллионов свободных американцев не всегда удавалось собрать для военных действий более 20 тысяч человек – стремление к отсутствию налогообложения без представительства оказалось не самой веской причиной для рискования жизнью.
Более неожиданным представляется влияние британской элиты. Если бы они не отстранили Питта-старшего от власти, он смог бы осуществить парламентскую реформу, аналогичную валийской. Американские представители в парламенте поддержали бы повышение налогов, и на этом все было бы завершено. Соединенные Штаты оставались бы союзниками Великобритании, находясь в зоне обращения стерлинга. Это предопределило бы то, что Великобритания и сегодня сохраняла бы ведущую роль в мире, как минимум в экономическом плане, поскольку без отказа от зоны обращения стерлинга Соединенные Штаты не смогли бы отнять у Лондона мировое экономическое лидерство.
Более точный ответ заключается в другом: независимость Вашингтону принесла случайность. Если отстранение Питта-старшего от власти являлось обычным явлением – люди не склонны доверять умным людям на руководящих должностях в правительстве и соглашаются на это лишь в крайних случаях, — то тот факт, что Франция вступила в войну на стороне колонистов в 1778 году, трудно назвать предсказуемым. Если бы англичане не отступили в 1765 году с гербовым сбором, Война за независимость началась бы на десять лет раньше. Однако на тот момент французы еще не преодолели финансовые трудности после Семилетней войны и не восстановили флот, который был потерян в ней. Поэтому они бы не стали рисковать, поддерживая США.