После упадка мощных эллинистических государств, основанных полководцами Александра Македонского, в начале I века до нашей эры на исторической арене появился новый претендент на мировое господство. Им был Тигран II, правитель небольшого армянского государства. Подобно Александру в начале своего правления, он также обладал лишь ресурсами скромной Македонии. Однако стартовые условия двух древних завоевателей имели и существенные различия: Тигран начал свой путь в качестве заложника в чужой стране. Тем не менее, он сумел победить парфян, нанести сокрушительное поражение огромному Сирийскому царству и на короткий срок создал собственную империю, простиравшуюся от Средиземного моря до Каспийского и от Иудеи до Кавказа. Что известно об этом полководце и правителе, который не испугался бросить вызов самому Риму? Naked Science проводит расследование.
В 95 году до нашей эры на царский трон государства Великая Армения вступил Тигран II, четвёртый правитель из династии Арташесидов. Однако это произошло, если использовать современную терминологию, в отдалённом формате. В конце II века до нашей эры армянский царь Артавазд I, старший сын основателя династии, продолжая агрессивную политику своего предшественника, вступил в конфликт с могущественным Парфянским царством (на территории современного Ирана). Некоторые историки считают, что завоевательными действиями занимались парфяне. Определение истинного положения дел затруднено, поскольку оба государства в тот период активно развивались, главным образом, посредством военных действий, а о проблемах, связанных с историческими источниками этого времени, речь пойдёт ниже.
Сколько стоит царская свобода
Как бы то ни было, около 120 года до нашей эры парфянский царь Митридат II одержал решительную победу над армянским царем Артаваздом. Чтобы предотвратить дальнейшие столкновения с таким грозным соседом, он взял в заложники сына младшего брата Артавазда. В 115 году до нашей эры Артавазд скончался, не имея прямых наследников. И трон перешел к его брату, о котором мы практически не располагаем информацией, кроме его имени (Тигран I) и сведений о его ближайших родственниках. Таким образом, теперь в плену в Парфии находился уже не племянник, а сын царя — будущий Тигран Великий.
Считается, что на армянский престол посадил Тиграна II Митридат II, который был заинтересован в династическом союзе между одной из своих дочерей и бывшим узником. Возможно, Митридат и планировал подобное, однако на практике все сложилось иначе. Получив власть, Тигран выкупил свободу, выплатив парфянам словам Страбона, «70 долин в Армении».
Отойдем ненадолго от рассказа о становлении молодого правителя и обсудим, как мы вообще получаем сведения о той эпохе. Сразу следует подчеркнуть, что все наши знания о Тигране Великом основаны на римских источниках. Авторы некоторых из них проявляют явную неприязнь к царю Великой Армении (например, Аппиан или Плутарх) — как мы покажем позже, у римлян не было оснований его любить. Средневековый армянский историк Мовсес Хоренаци в основном опирается на единственный источник — труды римско-иудейского историка Иосифа Флавия, причём немного изменяет их при пересказе. Все это мы будем принимать во внимание, но сейчас вернемся в I век до нашей эры.
Следует отметить, что карта Передней Азии и Закавказья в тот период представляется неоднородной. Царь Парфии, получив выкуп у Тиграна и заключив с ним мир, приступил к управлению остатками государства Селевкидов, известного также как Сирийское царство. Понтийское царство, большая часть территории которого располагалась в Малой Азии, все сильнее приближалось к военному конфликту с Римской республикой. В Киликии (в малоазиатском регионе, который номинально находился под властью Рима, разгорелась пиратская война. Римская империя оказалась на грани гражданской войны.
А вот долины придется вернуть!
К тому времени, когда Тигран, четвертый из Арташесидов, приступил к завоеванию своей империи, обстановка сложилась следующим образом. Он начал свою кампанию с тех территорий, которые были выкуплены у парфянского царя. В 94 году до нашей эры он заключил военно-политический союз с влиятельным понтийским правителем Митридатом VI Евпатором, женившись на его дочери Клеопатре. Благодаря такому союзнику (от которого ему было необходимо даже не помощь, а просто отсутствие вмешательства), Тигран в 91–85 годах до нашей эры одержал победу над парфянами в ряде сражений. Помимо возвращения 70 армянских долин, он захватил земли, которые сейчас соответствуют Восточной Сирии и Северному Ираку. Также в соответствии с мирным договором он получил титул «царя царей».
В дальнейшем сведения из различных источников противоречат друг другу. Римским историкам было не очень важно, каким образом Тигран II завоевывал новые территории. Великая Армения впервые появляется в античных источниках, когда она уже является одним из крупнейших государств Ближнего Востока, и столкновение с Римом представляется закономерным.
После победы над Парфией в 85 году до нашей эры и последующего присоединения Сирии и Финикии (83 год до нашей эры) армянское царство Тиграна достигло могущества великой державы. Детали этого присоединения остаются неясными. Подавляющее большинство источников указывает на то, что Тигран завоевал эти территории. Однако римский историк Гней Помпей Трог рассказывает, что сирийцы сами призвали Тиграна и добровольно признали его власть. Непривычная картина для тех времен, когда предпочитали воевать, а не сдаваться, не так ли? Помпей Трог жил в I веке до нашей эры, и его информация могла быть вполне свежей, только вот работы его нам известны исключительно в пересказе римского историка Юстина, жившего значительно позже (II–III века нашей эры).
Если мы не прислушались к словам Помпея Трога и решили, что Тигран захватил Сирийское царство, то необходимо обратиться к другим авторам. Аппиан ясно указывает, что Антиох X Евсеб, царь Сирии из династии Селевкидов, был убит в ходе этого завоевания, в 83 году до нашей эры. В то же время Иосиф Флавий утверждает, что сирийский правитель пал в сражении с парфянами приблизительно в 90-м году до нашей эры. Современный историк Рубен Манасерян в своей работе по завоеваниям Тиграна пишет о том, что в вопросе о годе гибели Антиоха X неправ как раз Аппиан — в его описании Сирии того периода содержится еще ряд ошибок.
После гибели Антиоха X в сражении с парфянами, царский трон Сирии занял Филипп I, назначенный парфянами. Новое правительство не вызвало одобрения у местного населения. Вскоре развернулись дворцовые интриги, и элиты, выступавшие против Филиппа, могли обратиться за поддержкой к Тиграну. Однако группы, лояльные протеже парфян, оказали бы сопротивление, что подтверждается сведениями Иосифа Флавия и Страбона. Таким образом, обе версии согласуются друг с другом: армянского правителя действительно призвали в Сирийское царство, но на пути пришлось столкнуться с военными действиями.
Грузимся и едем
К середине 70-х годов до нашей эры Тигран Великий достиг вершины власти, став самым влиятельным правителем Передней Азии и Закавказья. Географический масштаб государства, созданного им, впечатляет – его территория во много раз превышает размеры Армении, где он взошел на престол в 95 году до нашей эры. Достигнув такого положения, Тигран сосредоточился на управлении государством. Его внутренняя политика отличалась оригинальностью: важным элементом в ней было переселение народов, находившихся в подчинении или принесших клятву верности.
Не Тигран придумал подобную практику, ее еще применял его дед, Арташес I, которому требовалось освоить достаточно малонаселенное Армянское нагорье. Однако при внуке переселения приобрели значительно большие размеры. Жителей Иудеи, Каппадокии, Киликии, финикийцев, арабов (арабские племена присягнули Тиграну после разгрома парфян) принудительно перемещали в новые поселения: от Армавира до строящейся столицы империи — Тигранакерта.
Следует подчеркнуть, что в результате миграции и взаимодействия различных народов Армения Тиграна II являлась сплавом западных и восточных культур. При этом царь сам придерживался эллинистических, западных обычаев, сдерживая влияние восточных, иранских. Именно в рамках эллинистической традиции была построена и новая столица. При Тигране II это уже была третья столица Великой Армении после Арташата и Антиохии (современный турецкий город Антакья, расположенный на побережье Средиземного моря): правитель перемещал свою резиденцию в связи с новыми завоеваниями.
Строительство Тигранакерта, расположенного к юго-западу от озера Ван (на территории современной Турции), стало апогеем могущества империи Тиграна. Хотя на границах продолжались военные действия, и сам царь, несмотря на преклонный возраст, лично руководил кампаниями, создавалось впечатление, что он завершил создание своего государства и перешел к организации мирной жизни. И упустил крайне важный момент.
Чем может обернуться помощь родственнику
Понтийский царь Митридат VI Евпатор, также известный как тесть Тиграна, уже давно вёл войну с Римом. В определённый момент ему на помощь пришёл и армянский правитель, который завоевал Каппадокию для сына Митридата, но в основном Понт воевал с Римом самостоятельно. Военные кампании, получившие в истории название Митридатовых войн, некоторое время шли с переменным успехом. А в 74 году до нашей эры правитель понтийцев, по мнению Рима, обнаглел уж слишком сильно, и против него повел легионы консул Луций Лициний Лукулл.
В наши дни его чаще всего вспоминают в связи с известными роскошными приемами, которые он устраивал в Риме для потенциальных избирателей, стремясь добиться власти. Однако, помимо этого, в молодости он проявлял отвагу в сражениях, а впоследствии, став военачальником, неоднократно одерживал победы над сильным врагом.
В 72 году до нашей эры он одержал сокрушительную победу над понтийскими войсками, после чего Митридат Евпатор бежал и попросил защиты у Тиграна Великого в Тигранакерте.
Историкам сложно однозначно оценить позицию Тиграна в тот период. С одной стороны, очевидно, что он не намеревался оказывать Митридату военную поддержку. С другой стороны, он принял тестя, зная, что Лукулл потребует его выдачи, что и произошло в 70 году до нашей эры. После этого Рим объявил войну Армении.
Весной 69 года до нашей эры Лукулл пересек Евфрат, прошел через армянскую область Софену, переправился через Тигр и достиг Тигранакерта. После этого в исторических документах начинается невероятное количество противоречий и явных искажений. Попробуем разобраться в них.
Аппиан утверждает, по данным, которыми располагал Лукулл, под его началом находилось всего два легиона, насчитывавших приблизительно десять тысяч воинов, а также пятьсот всадников. О силах и намерениях Тиграна он сообщал следующее:
«Тигран, выставив армию, насчитывающую 250 тысяч пехотинцев и около 50 тысяч всадников, направил около 6 тысяч из них в Тигранакерт. Эти войска сумели преодолеть римские укрепления и добраться до гарнизона, после чего захватили жену царя и вернулись. С остальным войском сам Тигран выступил против Лукулла. Митридат советовал ему избегать открытого столкновения с римлянами, а вместо этого, используя только конницу, опустошать окрестные земли и тем самым довести их до голода, подобно тому, как Лукулл под Кизиком лишил его армии всего имущества без единого сражения. Тигран, высмеяв этот план, решился на наступление и готов был вступить в бой. Заметив небольшое число римлян, он с иронией заметил об их численности: «Если это посланники, то их слишком много, а если воины, то их слишком мало».
Два легиона того времени насчитывали менее 10 тысяч человек, что кажется неправдоподобным. Безусловно, мы помним соотношение сил и потери в битве при Иссе или битве при Гавгамелах, но обычно победы в этих сражениях приписывают военному гению Александра Великого. Лукулл, несомненно, был выдающимся военачальником, однако его не сравнивают с Александром Македонским. К тому времени его противник уже убедительно продемонстрировал Передней Азии и Закавказью свои полководческие способности.
Зачем сочувствовать этим людям иной веры — требую больше информации!
Обратимся к другим источникам. Плутарх полагал, лукулл повел под стены Тигранакерта 24 когорты, что составляло около 10 тысяч воинов, как и у Аппиана, а также 3 тысячи всадников и тысячу пращников. Оценка армянского войска, по его мнению, включала 150 тысяч пехотинцев, 55 тысяч всадников и 20 тысяч пращников. Таким образом, соотношение сил было совершенно несопоставимым, как у Аппиана.
Существуют также иные сведения. Мемнон Гераклейский указывает, по сведениям, армия Тиграна насчитывала 80 тысяч воинов, схожую оценку приводит и Флегонт из Тралл — 40 тысяч пехотинцев и 30 тысяч всадников. Кроме того, оба историка считают, что к двум легионам, сопровождавшим Лукулла, по пути присоединились войска союзников, например, от каппадокийского правителя. В результате, силы обеих сторон стали выглядеть более сопоставимыми.
Как правило, историки считают, что наиболее точные данные содержатся в трудах Плутарха, поскольку он опирался на римские первоисточники – работы Саллюстия и Тита Ливия, которые, в свою очередь, основывались на официальных отчетах Лукулла, направленных в Сенат. Не мог ли Плутарх допустить ошибку, следуя за своими предшественниками? Конечно, если, к примеру, Лукулл исказил информацию в своих донесениях. Ведь победа двух легионов над армией численностью в 200 тысяч человек выглядит гораздо более впечатляюще, чем победа при сопоставимых силах.
В жизнеописании Лукулла Плутарх предстает весьма предвзятым, когда повествует о войне с Тиграном. В частности, он описывает встречу «царя царей» и посланца Лукулла, потребовавшего от Тиграна выдать Митридата: «Тигран пытался внимать ему, сохраняя невозмутимое выражение лица и деланную усмешку, однако окружающие заметили, насколько его поразила прямота речи этого молодого человека. Вероятно, впервые ему довелось услышать голос свободного человека — впервые за те двадцать пять лет, что он правил, или, точнее, насмехался над народами».
По этому фрагменту очевидно, на чью сторону склоняется автор, и этот момент тоже заслуживает внимания. Следует помнить, что за эти 25 лет Рим уничтожил множество государств, поработив при этом большое число их граждан. На фоне этого рассуждения о «оскорблении народов» по отношению к другому, современному Риму государству, выглядят весьма предвзято.
Начало конца империи
Описания хода битвы при Тигранакерте, произошедшей 6 октября 69 года до нашей эры, в источниках довольно противоречивы. Однако, поскольку нас в первую очередь интересует результат сражения и последующие события, мы не будем подробно анализировать этот эпизод. Независимо от того, какая из сторон прав, итог битвы не вызывает сомнений: римляне одержали победу, и поле боя осталось за ними. Тигран и Митридат с уцелевшими силами отступили, а жители Тигранакерта, многие из которых были насильственно переведены в этот город, позволили Лукуллу войти в армянскую столицу. Это стало началом упадка империи Тиграна Великого.
Возможно, покажется необычным, что мы не обсуждаем потери обеих сторон. Однако причина в отсутствии информации, представляющей собой хотя бы приблизительно достоверные сведения. Плутарх заявляет, что армянская пехота понесла потери в 100 тысяч человек, а конница почти полностью уничтожена. В то же время, римляне потеряли пять убитыми и около ста получили ранения. Да, в битве при Иссе армия Александра Великого потеряла около 500 человек против 50 тысяч потерь персов, а при Гавгамелах – 1200 против 30–40 тысяч, но это далеко не пять человек против 100 тысяч, как, очевидно, доносил Лукулл. К сожалению, сведения о потерях противника стали появляться в военных документах примерно в то же время, когда возникли первые военные документы.
События, последовавшие за этим, позволяют предположить, что масштабы потерь были иными. Лукулл, разграбив сдавшийся Тигранакерт, как это было принято, двинулся в погоню за Тиграном и Митридатом. Если потери последних действительно были столь значительны, как утверждает Плутарх, то Арташат – одна из бывших столиц Великой Армении – должен был стать целью римлян. Однако что-то пошло не по плану. Существуют две версии произошедшего.
В ней утверждается, что в сентябре 68 года до нашей эры Тигран II, при содействии Митридата Евпатора, одержал победу над армией Лукулла в генеральном сражении. Следует отметить, что эту версию способны подтвердить лишь немногочисленные упоминание о событии Дионом Кассием. Но вторая версия не менее любопытна: по ней Лукулл успешно преследовал армяно-понтийское войско, но ему помешали …наступившие холода. Как видите, приплетать «генерала Мороза» в качестве аргумента, влияющего на ход кампании, тоже древняя идея. Причем, как обычно, мешает это почему-то только одной стороне. В любом случае противостояние прекратилось, потому что Лукулла Сенат призвал в Рим.
После того, как римляне покинули территорию, Тигран II взял на себя руководство и успешно совершил поход в Малую Азию. Однако эти военные достижения уже не имели существенного значения. Восстание против армянского правителя под предводительством его сына, Тиграна-младшего, произошло. Царь одержал победу над армией отпрыска, однако тот обратился за поддержкой к Риму, и она была предоставлена: в 66 году до нашей эры Помпей Великий привёл в Армению корпус численностью 50 тысяч человек.
Принимая во внимание, что в то же время, подстрекаемые Римом, выступили против власти Тиграна парфяне, обстановка стала критической: война на двух фронтах, причем на одном из них против выдающегося военачальника своего времени, оказалась почти невыполнимой и перспективы на победу были незначительными. Армянский «царь царей», или шахиншах (так гласил его официальный титул), заключил предложенный Помпеем мирный договор. Согласно ему, Тигран утрачивал все парфянские владения, Сирию, Киликию, и обязывался выплатить 6 тысяч талантов серебром.
Помимо этого, ему пришлось передать Тиграну-младшему (который впоследствии некоторое время числился соправителем отца) часть территорий, традиционно принадлежавших армянам. Однако вскоре мятежный принц восстал и против Рима, после чего был казнен, и земли вернулись Тиграну II. Таким образом, завершилась карьера полководца и завоевателя — в последние десять лет жизни он практически отошел от управления, предоставив возможность править своему сыну, будущему царю Артавазду II, и скончался в 55 году до нашей эры в возрасте 85 лет.
Вдохновленный Плутархом: фрагменты из сопоставительных биографий
С самого начала мы невольно провели параллели между Тиграном II и Александром Македонским, указав на значительные различия в их стартовых позициях, в частности, в возрасте: Александр стал правителем в 20 лет, а Тигран – в 45. Если же Александр пришел к власти, не имея особых проблем, то Тигран начал свой путь государя в роли заложника в сильной и влиятельной империи. Но оба они смогли завоевать обширные территории, и при этом сражались с весьма серьезными противниками.
Персия превратилась в обширное царство не благодаря слабости или ненаступательной политике своих правителей, но из-за того, что Александр одержал победу над персами. Обоснуй ситуацию, сложившуюся к моменту начала завоеваний Тиграна, мы представили выше — ни одно из государств того времени не отличалось мирным характером. Вскоре Парфия смогла нанести поражение римским легионам под Крассом, именно поэтому он представлял собой значительную силу. Лишь выдающиеся военачальники способны были создать масштабные империи, объединив территории, находившиеся под властью столь грозных соперников. Тиграну это удалось.
Империя Александра не прекратила своего существования при нём. Безусловно, проводить прямые параллели в данном случае затруднительно: македонский царь скончался в возрасте 32 года, и его период правления был значительно короче, чем у армянского монарха. Тем не менее, изучая историю его империи, можно попытаться разобраться, почему царство Тиграна не смогло долго просуществовать в пределах своих максимальных границ.
Можно обозначить три причины. Две из них связаны с особенностями управления. Рассмотрим первую. При детальном изучении источников заметно, что Тигран успевает вести боевые действия на всех фронтах: упоминаются имена его полководцев, но они действуют скорее как помощники, нежели как самостоятельные тактические военачальники. В то время как военачальники Александра, по мере расширения империи, ведут войну вполне независимо.
Пока Александр находился при власти, его держалась вместе преданность людей, которые были близки к нему. Однако после его кончины государство начало распадаться из-за войн, развязанных его бывшими полководцами, хотя Антигон Одноглазый и стремился этому воспротивиться.
Среди современников Тиграну не встречалось подобных ему людей. Плутарх указывает на то, что армянский царь в своей деятельности прибегал к восточным методам: использовал интриги, сталкивал интересы и прочее. Как мы уже говорили, Тигран стремился к эллинизации своего царства, однако стиль управления мог иметь восточное, иранское происхождение. Возможно, именно поэтому он не выделял особо никого из военачальников, опасаясь, что тот, в соответствии с восточной традицией, попытается организовать смену власти. Однако в результате этого рядом с ним не оказалось военачальников, лично преданных ему.
Вторым отличием Александра и Тиграна было их отношение к управлению завоеванными землями. Первый придерживался простого подхода: он принимал от местной элиты клятвы о верности, оставлял своих представителей для поддержания порядка и позволял населению продолжать жить привычным образом, но уже в рамках его империи. Со временем он начал формировать из числа местных жителей фалангистов, заменяя тем самым македонцев, которые возвращались домой или погибали. Однако, с одной стороны, на эту службу шли по собственному желанию и даже по результатам отбора, а с другой – таким образом менялась судьба отдельных людей, а не целых общин.
Тигран проявлял иное отношение к народам, оказавшимся под его властью. У него существовало четкое представление о своей империи, и для реализации этого видения ему нужны были люди. Однако привозить рабов для возведения города – это одно, а переселять часть населения – совсем другое дело. В Ветхом Завете можно найти немало примеров подобных принудительных переселений и их трагические последствия. В конечном итоге, и у Тиграна эта практика не привела к положительным результатам. Именно представители переселенных народов, неудовлетворенные своей участью, предали Тигранакерт Лукуллу.
Невозможно с уверенностью сказать, что если бы Тигран выбрал себе преданных военачальников и не осуществлял бы переселений народов, его держава существовала бы дольше. Существует гораздо больше факторов, и мы выделили лишь ключевые различия, которые удается обнаружить в исторических источниках. Мы упомянули три причины, однако назвали лишь две. Третья причина – Рим. Могущественная держава, которая как раз в тот период находилась в начале своего подъема. У Тиграна не было возможности избежать противостояния с ней: рано или поздно римляне вторглись бы на территорию его царства и покорили ее, как и все остальные земли, до которых они могли добраться.
Можно утверждать, что Тигран следовал бы тактике, рекомендованной Митридатом Евпатором: избегать прямых сражений с римлянами, используя кавалерию для перехвата их линий снабжения, чтобы добиться победы, сначала истощая их до предела голодом и жаждой. Однако это скорее теоретический подход: парфяне, уничтожившие армию Красса подобным способом, обладали обширными слабо заселёнными предполье, которые могли быть переданы легионерам для грабежа. Наиболее густонаселенные районы Великой Армении располагались ближе к римской территории, поэтому этот прием был неприемлем для Тиграна.
Даже с учетом этого Тигран Великий, по сведениям Диона Кассия, представлял собой серьезного соперника для римлян. Остается лишь гадать, насколько обширнее и сильнее могло бы быть его царство, если бы ему не пришлось противостоять такому грозному противнику, как Рим в эпоху Помпея и Цезаря.