Напряженность между Вашингтоном и Тегераном достигла пика за последние годы. Однако, наиболее вероятно, что Соединенные Штаты не перейдут к более масштабным действиям, ограничившись лишь точечными ударами. Предыдущие силовые операции, предпринятые Штатами на территории Ирана, имели весьма негативные последствия. Попытаемся понять, какие факторы могут сдержать их на этот раз.
Что происходит
27 декабря 2019 года вооруженные нападавшие совершили атаку на иракскую военную базу вблизи Киркука, в результате которой погиб один американский военнослужащий. Вашингтон, основываясь на информации, предоставленной ЦРУ, обвинил в организации нападения Иран, однако не смог предоставить убедительных объяснений мотивов, которыми руководствовались иранские власти.
По информации, полученной от анонимных источников в государственных органах США, связанных с президентом Дональдом Трампом, он был глубоко задет произошедшим. В течение нескольких минут, согласно этим утечкам, он принял решение о ликвидации руководителя иранской организации, которую, как утверждается, организовала атаку.
За пределами Ирана силовые операции осуществлял генерал Касем Сулеймани, возглавлявший подразделение «Аль-Кудс», входящее в Корпус стражей Исламской революции Ирана (КСИР). 3 января он был ликвидирован с использованием малых беспилотников в Багдаде, куда генерал прибыл с визитом, не принимая мер предосторожности.
Безусловно, проведение силовых действий на территории другого государства без его разрешения (как, например, произошло при ликвидации Сулеймани) является нарушением множества международных норм. Однако, учитывая, что речь идёт о Соединённых Штатах, за подобные действия им никто никогда не понесёт ответственности. Поэтому отложим в сторону все эти юридические формальности и перейдём к более существенному вопросу: какие последствия ожидают нас в дальнейшем?
Иран, вероятно, будет вынужден ответить на агрессию со стороны США, поскольку не может допустить безнаказанности произошедшего. На Ближнем Востоке вряд ли кто-либо поверит в обвинения, основанные на информации, предоставленной ЦРУ: все еще помнят, как ранее подобные истории о «массовом оружии уничтожения», которое якобы разрабатывал Хусейн, оказывались ложными.
В результате сложилось положение, при котором американцы, по всей видимости, устранили важного иранского чиновника под предлогом, не имеющим под собой реальных оснований. В противном случае Иран утратит авторитет, а без него невозможно эффективно действовать на Ближнем Востоке.
В соответствии с особенностями местного мировоззрения, наиболее целесообразным ответом было бы устранение американского генерала неизвестными лицами и, возможно, нанесение новых ударов по Саудовской Аравии, ключевого союзника США в данном регионе. Однако Иран не стал бы прибегать к таким действиям сразу же после американской атаки. Быстро подготовить ликвидацию высокопоставленного американского чиновника непросто: Сулеймани был уничтожен достаточно легко, так как не ожидал нападения, в то время как американцы осведомлены о необходимости ответа со стороны Ирана и, следовательно, готовятся к ответным действиям.
Тем не менее, Трамп немедленно заявил о готовности нанести удары по 52 целям на территории Ирана в случае ответных действий со стороны этой страны — вероятно, с использованием ракет и бомб. Президент пояснил: выбор цифры 52 был обусловлен тем, что она соответствует количеству заложников, удерживавшихся в американском посольстве в Тегеране в 1979 году, в период Исламской революции.
По этим данным становится очевидно, что Трамп, будучи взрослым человеком во время экономического кризиса 1979 года, имеет давние личные претензии к Ирану и намерен действовать решительно.
Существует и другой нежелательный аспект. В настоящее время США могут интерпретировать любое нападение на них и их военные базы как акт, совершенный Ираном. Прежде всего, на практике часто бывает сложно установить, кто именно организовал атаку: Соединенные Штаты вызывают неприязнь в большинстве исламских государств, и определить, кто решил осуществить нападение на американцев – Тегеран или другие силы, выступающие против американской политики, — является непростой задачей.
Во-вторых, все привыкли, что США не доказывают свои обвинения в адрес кого бы то ни было, а значит, никаких доказательств иранской причастности не нужно, поэтому объявить Иран виноватым проще простого. Достаточно одного желания.
Немедленно воспользовавшись этой повышенной американской восприимчивостью к угрозам, группировка «аш-Шабаб», являющаяся формально частью «Аль-Каиды», 5 января совершила нападение на военную базу в Кении, в результате которого погибло трое американских граждан.
На данный момент у Соединенных Штатов есть техническая возможность нанести удары по 52 объектам в любой момент. Теоретически, они могут воздержаться от этого, поскольку «аш-Шабаб» и Иран являются общими противниками. Однако, если Вашингтон примет такое решение, он может проигнорировать это. Возникает вопрос: готовы ли США отказаться от эскалации и вступить в полномасштабный военный конфликт с Ираном?
Первая американская военная операция в Иране: проект «Аякс»
Прежде чем делать какие-либо выводы о том, готов ли Вашингтон к силовым действиям против Ирана, важно проанализировать его прошлые подобные шаги. Операция «Аякс» (TPAJAX) 1953 года стала первой и, по формальным показателям, наиболее успешной из них.
Как открыто признают рассекреченные в 2013-м документы ЦРУ, целью операцию было свержение иранского премьера Моссадыка и «установление прозападного правительства в Иране», причем премьером в нем планировался ставленник США Фазлолла Захеди.
Операция была типичной для США: купили (согласно пункту 2 документа ЦРУ, определенное число депутатов иранского парламента передали информацию в местные СМИ побасенки о «диктаторстве Моссадыка» и якобы «созданной им сети шпионов, наводнивших всю страну». Потом их ставленник Захеди использовал (чтобы спровоцировать организованные массовые беспорядки на улицах, с привлечением оплаченных «уличных протестующих,
ЦРУ наняло двух крупнейших гангстеров в Тегеране в помощь «протестующим», Моссадыка облыжно обвинили в коррупции, ну и так далее. Поскольку технически этот переворот достаточно типичный, смысла описывать его в деталях нет: он близок к типовому перевороту, организованному спецслужбами США в другой стране, и подобных случаев настолько много, что все про них и так знают.
В основном все прошло успешно: Моссадыка отстранили от власти, на его место пришел Захеди, иранцы понесли незначительные потери – всего несколько сотен человек, что делает переворот почти безупречным, с минимальным ущербом для гражданского населения. Как говорится, и в американских спецслужбах остались довольны, и иранцы пережили относительно легкое потрясение.
Необходимо отметить, что практика осуществления госпереворотов в других странах имеет давнюю историю и не является изобретением США. В настоящее время подобные действия продолжают предпринимать и другие государства, поэтому необоснованно возлагать ответственность за них исключительно на Вашингтон.
Но был один фактор, который не был учтен в ЦРУ: особенности местного мышления. В связи с 60-летием операции «Аякс» «Радио Свобода» (организация, финансируемая конгрессом США, и, следовательно, вызывающая маловероятные подозрения в антиамериканских настроениях) подготовило подытожила итоги этой акции ЦРУ:
«Военный переворот, осуществленный иранскими военными с 15 по 19 августа 1953 года, привёл к свержению правительства во главе с Мохаммедом Моссадыком, пользовавшимся тогда широкой поддержкой в Иране. В ходе уличных столкновений, согласно различным источникам, число погибших составило от 300 до 800 человек.
Именно в этот период, благодаря деятельному участию британских и американских спецслужб в свержении правительства, в Иране резко усилилось неприятие западных стран и их политических и культурных ценностей, что спустя 26 лет привело к Исламской революции 1979 года и приходу к власти радикальных аятолл».
Значительные ресурсы ЦРУ были израсходованы, однако результатом операции стала широкая неприязнь иранцев к Западу и усиление позиций тех, кто допустил захват американских дипломатов в посольстве в ноябре 1979 года – что повлекло за собой обращение к террористическим методам и игнорирование международных норм в отношении Вашингтона.
Американская военная операция в Иране: повторная попытка под кодовым названием «Орлиный коготь»
Уже после событий, связанных с «Аяксом», стало ясно, что внешнее силовое воздействие на Иран лишь усугубляет положение тех, кто пытается вмешаться. 4 ноября 1979 года последователи аятолл захватили посольство США в Тегеране, потребовав выдачи бывшего шаха Ирана, находившегося под защитой Вашингтона.
В этой ситуации проявилась характерная черта американского менталитета. В представлении многих жителей США их страна не способна на ошибку — при любых обстоятельствах и всегда. Например, в 1988 году американский ракетный крейсер Vincennes сбил — из иранских территориальных вод пассажирский иранский самолет А300, что привело к гибели 290 человек, в том числе 66 детей. В то время президент Рейган и его преемник Буш-старший не признали ответственность своей страны и никогда не принесли извинений за произошедшую трагедию. Как емко сказал (в связи с другим вопросом, но в тот же период времени, Джордж Буш-старший (на тот момент занимавший должность вице-президента):
«Я не стану приносить извинения от имени Соединенных Штатов Америки, вне зависимости от имеющихся доказательств».
Не стоит упрекать людей, проживающих в этой стране, за их убеждения. Это обусловлено их ментальными характеристиками, к которым необходимо адаптироваться и принимать во внимание.
Поскольку США всегда считают себя невиновными, в ситуации с захватом посольства 1979 года ответственность возлагалась на других лиц. Альтернативных кандидатов, помимо иранцев, не было найдено. В результате, в Вашингтоне приняли решение о проведении еще одной военной операции против Тегерана.
Для проведения операции «Орлиный коготь», целью которой было освобождение 53 американцев, удерживаемых в посольстве, был отправлен отряд спецназа «Дельта». Акция началась 24 апреля 1980 года, однако оказалась безуспешной. Из восьми вертолетов, доставивших спецназ, один потерпел крушение сразу после взлета и упал в воду, второй был потерян в условиях сильной пыльной бури, а третий уничтожен при дозаправке вместе с восемью членами экипажа и самолетом-заправщиком.
Увидев столь значительные достижения, командование распорядилось вывести спецназ, оставив остальные пять вертолетов без топлива. В результате операция была завершена. Иранские силы также понесли потери: спецназ ликвидировал одного проезжавшего мимо безоружного мирного жителя, однако его спутника не смогли – тот сумел скрыться.
Проведенный анализ выявил, что американские спецподразделения могут быть недостаточно подготовлены для выполнения задач в Иране, даже если не столкнутся с сопротивлением со стороны местных вооруженных сил. Вновь поднимается вопрос о ценном уроке, который должен продемонстрировать нецелесообразность силовых операций в регионе. Повторная военная акция на территории этой страны спровоцировала у местного населения новую волну неприязни к Вашингтону — хотя, стоит отметить, что и раньше отношения были непростыми, что во многом связано с действиями «Аякса».
Заложников всё же освободили, но это произошло лишь после смерти бывшего иранского шаха, который по-прежнему находился на территории Соединенных Штатов.
Вмешательство Соединенных Штатов в дела Ирана: этот случай – лишь подготовка к чему-то большему
В 2002 году американские военные провели масштабные учения, моделирующие вторжение в Иран, аналогичные операции «Буря в пустыне», но в большем масштабе. Стоимость учений «Вызов тысячелетия — 2002» по текущим ценам составила 355 миллионов долларов. В ходе этих учений иранские силы были обозначены как «красные», а участвующие американские военнослужащие – как «синие». Вооружение «красных» было смоделировано с учетом потенциальных возможностей иранской армии.
«Под командованием генерала Пола Ван Рипера «красные» уничтожили один авианосец, десять крейсеров и пять десантных кораблей, принадлежащих «синим» в течение «пяти, возможно, десяти минут». В условиях реального боя подобные действия против кораблей десантной группировки привели бы к гибели около 20 тысяч военнослужащих. После ракетного удара небольшие подразделения противника на резиновых лодках, имитирующие высадку, атаковали (в том числе с использованием тактики «камикадзе») оставшиеся корабли, что еще больше увеличило их потери.
Из-за понесенных потерь в ходе морской фазы, проведение учений пришлось возобновить, поскольку запланированная высадка, естественно, не могла быть осуществлена. Условные погибшие были объявлены условно выжившими.
Руководству военной игры пришлось столкнуться с непростой задачей. Судя по всему, предоставление команде «красных» свободы действий приведет к их победе даже после сброса сценария. Какое решение необходимо принять? Американские военные отличаются находчивостью, поэтому они разработали строгий план действий для «красных», чтобы ограничить их возможности при обороне.
Иранцам было дано указание включать радары заранее, чтобы силы «синих» могли своевременно обнаружить и уничтожить ракеты до начала десантирования. Также «красным» было запрещено открывать огонь по американским летательным аппаратам, доставляющим десант. Помимо этого, их обязали раскрыть местоположение подразделений, которые не удалось засечь разведке «синих», что способствовало их последующей победе.
По словам командира «красных», впоследствии критиковавшего проведение учений, «Вызов тысячелетия — 2002» в первую очередь демонстрировал уверенность в непобедимости американских Вооруженных сил.
Согласно согласованному плану, победа должна была достаться команде «синих» — армия США, казалось, не могла потерпеть поражение. После двух недель напряжённых испытаний они всё же одержали победу. Это стало значительным успехом, однако возник вопрос: кто сможет побудить иранцев, действительно представляющих Иран, действовать в соответствии с указаниями, которые отдают в американских штабах?
И до сих пор, многие годы спустя после проведения этих мероприятий, однозначного ответа на него не найдено. Как выражается The New York Times: «Успех государств Персидского залива, проводивших учения, превзошел ожидания и стал неожиданностью для тех, кто организовал крупнейшие военные тренировки с участием американских сил».
Этот шок ощутим и по сей день. Именно он является основным сдерживающим фактором для любых американских планов вторжения в Иран.
Каким образом иранские военные корабли, названные «флотом Давида», проявляют такую обеспокоенность по отношению к американскому военно-морскому судну «Голиаф
На первый взгляд, итоги учений «Вызов тысячелетия — 2002» кажутся нелогичными. Иран – страна не из самых обеспеченных, а ее население значительно меньше. ВВП по паритету покупательной способности у них в 12 раз меньше, чем в Соединенных Штатах. Ядром их флота являются моторные лодки, оснащенные тяжелым пулеметом. Возникает вопрос: как такие силы способны потопить настоящий и дорогостоящий флот США?
Ответ на этот вопрос кроется в тех серьезных трудностях, которые технический прогресс принес крупным кораблям. До Первой мировой войны размер корабля напрямую определял качество его брони. Более крупные суда могли потопить меньшие, поскольку их мощные орудия легко пробивали броню противника. Однако небольшие корабли не представляли для них серьезной угрозы, так как не могли подойти достаточно близко, прежде чем их уничтожат.
Появление компактных и мощных средств поражения привело к значительным изменениям. Ещё в 1937 году на учениях в Финском заливе, полсотни советских радиоуправляемых торпедных катеров Г-5 (без экипажа, на современном языке — дроны) условно утопили линкоры. Советские адмиралы выросли на идеях о магической сверхсиле линкоров, поэтому результаты учений проигнорировали, и в 1941 году все катера-дроны переделали в обычные, с экипажами.
Вторая мировая война, с применением авиабомб, и послевоенный период, ознаменованный ракетами, продемонстрировали, что даже небольшой носитель вооружения способен причинить значительный урон крупному кораблю. Уменьшение размеров корабля-носителя (или летательного аппарата-носителя) снижает его заметность для радаров, уменьшает высоту над поверхностью воды и, как следствие, затрудняет обнаружение со стороны крупных кораблей. В то же время, крупные корабли, составляющие основу современного флота, обнаруживаются на значительном удалении.
Иранцы оперативно восприняли эти идеи — и уже в 1980-х в Персидском заливе (в период Ирано-иракской) атаковали крупные корабли то с моторных лодок, то с небольших одномоторных самолетов.
Обстановка постоянно меняется. Иран оснащает свой военно-морской флот моторными лодками из стеклопластика, которые обладают низкой заметностью для радаров. По некоторым оценкам, для оснащения малых кораблей применяются российские противотанковые ракеты, управляемые комплексно – «Корнет». Это представляется вероятным, поскольку известно, что проиранские вооруженные группы, подобные ливанской «Хезболле», используют подобное оружие против Израиля с 2006 года. В Израиле полагают, что «Корнеты» производятся по российской лицензии делают в самом Иране.
Благодаря эффективной системе наведения, цели могут быть поражены на расстоянии до десяти километров. На таком удалении экипаж катера сможет визуально обнаружить большой корабль, в то время как последний может не заметить его на радарном экране.
Ракетный комплекс «Корнет» может оснащаться различными боевыми частями, способными пробивать броню толщиной до 1200 миллиметров, учитывая наличие динамической защиты у танка. Военные корабли лишены как динамической защиты, так и брони такой толщины. То есть, даже авианосцы могут понести значительные повреждения от поражения «Корнетами». Осложняется положение тем, что установки «Корнетов» имеют небольшие габариты, и, теоретически, на моторную лодку можно погрузить сразу четыре пусковые установки или большее их количество.
Современные модели «Корнетов» способны функционировать по схеме «выстрелил и забыл», что подразумевает отсутствие необходимости в корректировке траектории ракеты оператором. Однако, пока не установлено, обладают ли иранские аналоги данной возможности. Для увеличения вероятности поражения цели «Корнеты» могут использовать несколько ракет одновременно.
Помимо «Корнетов», Иран обладает целым рядом более мощных и дальнобойных ракет, предназначенных для ведения морских боевых действий. Чтобы не перегружать текст излишней детализацией, мы не будем их детально рассматривать. Следует отметить, что вес боевой части этих ракет превышает вес боевой части «Корнетов».
Современные корабли, в свою очередь, практически не имеют серьезной защиты, а на авианосцах по-прежнему хранится значительный объем легковоспламеняющегося топлива и относительно ненадёжное, подверженное возгоранию оборудование, необходимое для обслуживания самолётов. Ракетные крейсера и другие суда ВМС США также находятся под угрозой в случае массированных атак иранских катеров.
Точное количество подобных боевых подразделений в Иране не установлено, но оно превышает полторы тысячи. Согласно заявлениям самих иранцев, их число якобы достигает 30 тысяч, однако эта цифра, вероятно, является завышенной. Таким образом, на каждый корабль десантной группировки США может приходиться десятки лодок, способных запустить по сотне ракет в сторону цели.
На крупных кораблях установленные системы противовоздушной обороны не предназначены для одновременного перехвата сотен ракет, поскольку разработчики изначально не ставили перед собой такую задачу. Это объясняется тем, что эти системы создавались для противодействия «большому флоту» (советскому) и предполагали ракетное противоборство на значительном расстоянии.
Ракета, предназначенная для поражения удаленных целей, отличается внушительными размерами и сложной конструкцией, что делает невозможным размещение значительного их количества даже на большом корабле. Небольшой флот, благодаря малозаметности, способен доставить ракету на расстояние в 10 километров к цели. Из-за ограниченной дальности такая ракета имеет вес в десятки килограммов, а не тонны, как «Калибр» или «Томагавк».
Всё это указывает на то, что американским военным не следует допускать иранские малые катера к непосредственному столкновению. Их необходимо ликвидировать на значительном расстоянии. Однако и в этой ситуации «москиты» создают трудности. Небольшую лодку легко скрыть, закапывая в песок, маскируя, транспортируя на прицепе или создавая ее имитацию. Помимо этого, их требуется уничтожать поодиночке. У Соединенных Штатов попросту нет сил, способных одновременно нанести большое количество крылатых ракет «Томагавк» в одной области. Даже крупный корабль, такой как эсминец с радиолокационным комплексом, может запустить лишь несколько десятков подобных ракет.
Если Вашингтон намерен осуществить высадку в Иране любой ценой, то рано или поздно это произойдет. В конечном счете, попытка выявления и уничтожения десантных сил, напоминающих москитный флот, может привести к их частичному потоплению, а затем – к полному уничтожению после нескольких попыток. Однако стоимость подобной операции будет значительной, возможно, вплоть до потери десятков тысяч жизней, как это было во время «Вызова тысячелетия — 2002». Маловероятно, что нынешние Соединенные Штаты готовы пойти на такой риск.
Угроза воздушных «москитов»
События 2019 года продемонстрировали дополнительную сложность любого потенциального вторжения в Иран. В тот период группа неизвестных, вероятно, йеменские хуситы, являющиеся союзниками Ирана, незаметно приблизилась на небольшое расстояние, около десятков километров, к нефтяной инфраструктуре Саудовской Аравии и с помощью беспилотных летательных аппаратов атаковала их, поразив большинство своих целей с высокой точностью.
Системы противовоздушной обороны «Патриот», находящиеся на вооружении Саудовской Аравии, не обнаружили и не попытались перехватить дроны. На небольшие пластиковые беспилотники влияют те же факторы, что и на иранские ударные лодки из стеклопластика: они слишком малы, летят на малой высоте и содержат незначительное количество металла. В результате радары не фиксируют их присутствие, и эффективная защита от их атак затруднена.
В Саудовской Аравии размещены американские военные базы, и там расположено большое количество объектов нефтяной инфраструктуры, представляющих собой потенциальные цели. Начало масштабного конфликта между Ираном и США приведёт к разрушению этих объектов и существенному повышению цен на нефть. В Соединённых Штатах стоимость топлива играет значительную роль в период выборов, поэтому повторение нефтяного кризиса, как в 2020 году, маловероятно.
Войны не будет?
Предсказать развитие событий, связанных с фигурами, подобными Дональду Трампу, представляется затруднительным. Обычно американские президенты – личности, поведение которых легко спрогнозировать. Они действуют в строгом соответствии с нормами, принятыми внутри политической элиты, и не склонны к совершению непредсказуемых поступков. Это вполне объяснимо: для достижения президентского поста необходимо завоевать расположение лидеров своей партии, продемонстрировать послушание и соответствие общепринятым стандартам.
Необычный путь Дональда Трампа к власти вызвал удивление даже среди республиканцев. Он не является человеком, склонным к компромиссам и следованию общепринятым нормам. Его решения принимаются исключительно им самим, без влияния других. В последние десятилетия США не видели подобного лидера, поэтому его дальнейшие действия в ответ на иранские действия после гибели Сулеймани предсказать сложно. Не исключено, что он действительно применит ракетно-бомбовые удары по иранским объектам.
Вероятно, ситуация выглядит иначе. Даже в случае, если Трамп примет такое решение, он не решится на полномасштабную военную операцию, включающую десант и оккупацию Ирана. Соединенные Штаты не располагают ресурсами для этого без существенных (с точки зрения американских стандартов) потерь и серьезного ущерба репутации.
Трамп, безусловно, может нанести удары по Ирану. Однако это мало что изменит. Даже восприятие США там не претерпит изменений. Иранцы помнят о «Аяксе», о гибели 290 иранцев при крушении А300 в 1988 году и о других действиях Вашингтона, за которые он никогда не принес извинений и не принесет. Они и так испытывают значительную неприязнь к американцам. Новые атаки со стороны этой страны не повлияют на отношение иранского населения к США.
Более того, «52 удара» не способны нанести ущерб официальному Тегерану. Любая американская бомбардировка на его территории лишь усилит поддержку режима аятолл.
Всё это указывает на то, что даже применение авиаударов по Ирану не имеет смысла для Трампа с позиций разумного подхода. Способен ли этот политик мыслить рационально, чтобы осознать это? Ответ станет известен в ближайшее время.